Кротовский, сколько можно? (СИ)

— Еще раз прошу соблюдать регламент, — председатель снова постучал молоточком, бросив на нас с Кнышским неприязненный взгляд, — Следующим пунктом для голосования объявляю избрание министра обороны… соискатель на должность Харитон Мартын… кто за?

С места поднялся владетель, чьи непропорционально длинные руки и выдвинутая вперед нижняя челюсть действительно делали его похожим на примата. За Мартына поднялось шесть рук. Сам «примат», разумеется, тоже за себя проголосовал.

— Избран большинством голосов, — оповестил Фридрих Гриф, — Прошу садиться… осталось два министерских назначения.

— А позвольте вопросец, — обращаюсь к председателю, — Можете вы хотя бы озвучить, каких двух министров вы так благосклонно отдали мне на откуп?

— Министр образования и министр социальной защиты, — сухо ответил Фридрих Гриф, — На этом собрание можно считать…

— А-адну минуту, — прерываю Грифа, — Раз уж мы тут все собрались, позвольте предложить к обсуждению еще один вопрос.

Слово предоставляется правителю Кротовскому, — нехотя оповещает председатель.

— У меня вопрос ко вновь избранному министру обороны, — впериваю взгляд в Мартына, — Подскажите, уважаемый, в чем вы видите свою задачу?

— Не понимаю вопроса, — надменно выцеживает Харитон Мартын."

"— Здрастя, Настя, — изображаю картинное недоумение, — Должность получили, а что делать не знаете?

— Знаю, — возражает Мартын, — Но по-моему вы желаете придраться.

— Мало ли что я желаю… я задал вполне резонный для правителя вопрос.

— Задача министра обороны — крепить обороноспособность республики, это же очевидно, — вместо Мартына ответил Гриф.

— Вот и я думал, что очевидно. А вы собираетесь сами впустить сюда интервента. Вы не понимаете, что на землях одного Кнышского он не остановится? Он будет раз за разом пользоваться вашими распрями и взаимным недоверием. И в конечном итоге захватит всю республику.

— Считаю этот разговор бессмысленным, — высокомерно выдавил Мартын, — Вы здесь без году неделя.

— Куда уж мне. Только я вам напомню цитату одного английского общественного деятеля: «Хуже, чем быть врагом Англии, только быть ее другом». Со знанием дела человек говорил.

— Что-то я не слыхал такой цитаты, — усмехнулся Харитон Мартын.

— Вы много чего не слыхали, — машу устало рукой… и так понятно, что этих твердолобых не пронять. Дальше своего носа они не видят.