Красавица и Чудовище

 — Может, ты хотя бы замолвил за меня словечко? Я могу ему помочь. Просто сидеть, сложа руки, и бездельничать — не очень хорошо для моего психического здоровья.

Я подавил желание улыбнуться. Мысль о том, что она может захотеть посвятить свое время садоводству, была новой. Я бы подумал, что она захочет пройтись по лучшим бутикам.

— Я дал тебе свой ответ, Скай, — отрезал я. — Джону не нужно мое одобрение. Если он говорит об обратном, значит, не хочет, чтобы ты была в его пространстве.

— О! — пробормотала она, и невозможно было не заметить разочарования в ее тоне.

— У меня есть для тебя предложение.

— Да? Какое? — в ее голосе послышалась надежда.

— Он — обычный мужчина. Околачивайся вокруг него. Много улыбайся. Принеси ему угощение и сломи его сопротивление с помощью обаяния.

— Думаешь, это действительно сработает?

— На мне бы сработало, — сухо сказал я.

— Хорошо, — она почти ворковала от счастья. — Завтра же начну наступление очарованием.

Я понимал, что теперь пришло время заканчивать разговор, но мне не хотелось.

— Спокойной ночи, — сказал я и, не дождавшись ее ответа, отключился.

Глава 23

Скай

Я удивленно уставилась на мобильный. Как раз в тот момент, когда я думала, что мы поладили, он так резко заканчивает разговор. С какой стати ему понадобилось так делать? Я отбросила телефон в сторону, и он отскочил от кровати, но, к моему облегчению, приземлился чуть поодаль от края.

Последнее, что мне сейчас нужно, — это сломанный телефон.

Должна признать, что Мистер Сноб был совершенно прав.

Наладить отношения с садовником гораздо лучше, чем врываться в теплицу и требовать долю его территории. Кроме того, он мог бы меня чему-нибудь научить, так что завоевать его расположение — очень хорошая идея.

С этой мыслью я долго нежилась в ванне, затем надела ночнушку из самого тонкого шелка, которого когда-либо касалась, и забралась в постель.

— Как дела? — спросила она.

— Все хорошо. Завтра попытаюсь завоевать сердце сварливого старого садовника.

— Что?

— Здесь работает один садовник. У него густые брови и слезящиеся от старости глаза. Думаю, ему должно быть не меньше восьмидесяти. Я попытаюсь уговорить его разрешить мне работать с ним в теплице.