Красавица для Медведя

Носов открывал ворота, прощался с москвичами, о чем-то говорил с выглядывающей из машины Миленой, а я махнула ребятам рукой и пошла в дом, за новым мешком корма. Судя по остаткам разорванной упаковки, предыдущий пакет мой собакен уже одолел. Хорошо хоть, воды в бочке было много, и от жажды он не мучился.

В душе и в голове царил сумбур. Я то и дело с тревогой поглядывала на соседский дом, но там царила тишина. Шторы плотно закрывали окна, во дворе движения не наблюдалось. Если бы не стоящая рядом с забором машина, обстановка казалась бы совершенно обычной.

– И что у вас с Ильей? Все серьезно или так, от скуки?

Голос Пашки заставил меня отвлечься от беспокойных мыслей.

– Паш, давай пока не будем об этом? Я и сама толком ничего не знаю.

Нет, про себя-то я все еще с первой нашей встречи с Ильей поняла, но где гарантия, что у него ко мне такие же чувства? Может, он воспринимает то, что произошло, как обычную курортную интрижку?

– На тебя это не похоже, Даш, – не отставал Носов. Он бросил рюкзак рядом со ступеньками и повернулся ко мне.

– А вот сейчас не знаю.

Я не могла оторвать взгляд от зашторенных окон. День клонился к вечеру, солнце медленно садилось за макушку горы, но в доме Баженова свет не горел. Чего они там в темноте сидят?

На душе стало еще неспокойнее.

– Даш, я тебе как друг говорю – держись ты от этого Ильи подальше. Ты видела, какие парни к нему приехали? У них же на рожах написано – братки! – не унимался Пашка. – Да и Баженов этот тоже на законопослушного гражданина не похож.

– Хватит, Паш, – оборвала я друга. – Вообще-то, если ты не забыл, Илья тебя от смерти спас. И никакой он не бандит.

– А кто? Ты хоть что-то о нем знаешь?

– Он врач. Хирург.

– А, ну все понятно, – закивал головой Пашка. – У бандитов обязательно должен быть свой продажный врач, чтобы было кому пули вытаскивать и раны после перестрелок зашивать.

– Носов, если ты сейчас же не выкинешь из головы эту чушь, мы с тобой серьезно поссоримся.

Я уставилась на друга, пытаясь взглядом передать Павлику все, что его ждет, если он не заткнется.

– Да ладно, Даш, я же о тебе беспокоюсь. Сама знаешь, Станислав Вениаминович мне голову открутит, если с тобой что-нибудь случится.

Можно подумать, отцу есть до меня дело. Это раньше он тщательно следил за моей жизнью, а теперь все иначе. Не нужна я ему. И Лизка с мамой, и внуки. У него теперь новая жизнь.