Краденое счастье

Зиганшин хмыкнул и вытер ладонью лоб, забыв, что рука вся в земле:

– То есть мы сейчас позвоним и скажем, что убили соседа, решили скрыть преступление путем сокрытия трупа, начали выкапывать могилу своей жертве, но нашли в земле чей-то скелет и как честные граждане сообщаем в полицию?

– М-да, как-то не круто. А что делать?

Мстислав Юрьевич задумался. Найденное тело – не просто останки какого-то неизвестного человека, которого, наверное, за давностью лет давно перестали искать. Из-за новогодней гирлянды скелет становится бесценной уликой, благодаря которой можно будет попробовать доказать невиновность Михайловского.

Лев Абрамович сказал, что это знак судьбы. Какой там! Не знак, а перст! Помощь свыше, не иначе. Он так хотел помочь Галине Ивановне, что судьба сплела события в той единственной последовательности, благодаря которой смогла открыться тайна, много лет хранившаяся в земле.

Но судьба судьбой, а для ментов надо придумать какое-то более приземленное объяснение.

– Короче, – сказал Зиганшин, – обратного хода у нас нет. Мы себе помимо убийства еще парочку статей навесили. В том числе организацию преступного сообщества, именуемого в простонародье шайкой.

– Слава, я все возьму на себя, не сомневайся!

– Все? И даже это? – Мстислав Юрьевич показал на могилу, над которой успел основательно потрудиться. – Прости, но по тебе видно, что без посторонней помощи ты даже воробья не похоронишь. Короче, пойдем за машиной.

Излагая свой план, Зиганшин тщательно протирал лопату и все, чего касался, снятой с себя футболкой. Приступая к работе, он надел трикотажные перчатки, но всегда лучше перестраховаться.

– Нет уж, вместе теперь все делать будем! Это не обсуждается.

– Ну ладно, вместе придем.

– И смысл? Все равно придется объяснять, какого хрена мы копали яму в сарае у зэка.

– Да не мы! – сказал Зиганшин с досадой, внимательно оглядывая сарай на предмет возможных улик против них. – Реутов сам копал, а зачем да почему, откуда нам знать? Мы просто пришли с ним поговорить. Допустим, хотели предложить ему работу. Или, наоборот, ругаться с ним хотели, чтобы к Фриде не лез. В общем, приходим, а тут такое. Мы вызвали полицию, а дальше пусть у них голова болит о том, что произошло.