Кошка, живущая на крыше

Виктор, которого Виктором звал только отец, когда в детстве приглашал получать втык за очередные проделки, мама же звала Витенькой, а друзья уже давно обходились энергичным и коротким Вит, смотрел на самую странную женщину, которую когда -либо встречал за всю свою жизнь, и не знал, с чего начать.

Потому что понимал, вопросы сейчас начнутся из разряда: кто это такие? И что им от нее надо?

И уже только потом: как он сам здесь оказался? И куда они идут?

И если на второй блок вопросов он ответить мог, то вот на первый.

Кошка смотрела на него своими уставшими, но очень внимательными глазами, привычно погружая в некое блаженно-дурное состояние, совершенно не нужное сейчас. Ни в этой ситуации, ни в какой-либо еще.

Но Вит, прекрасно понимая происходящее, остановить ничего не мог. Смотрел на хрупкую маленькую девушку перед собой, и видел только ее нежную кожу, ее мягкие, несмотря на недостаток влаги губы, ее светлые, пушистые даже после суток в плену и ночного хождения по лесу волосы.

Она и не помнила, наверно.

Совершенно точно не помнила.

Она тогда ему показалась такой... Не от мира сего. Прошла мимо него, задумчивая, красивая до боли. Его прямо сразу и убило. Прямо в сердце.

Двинулся следом, непонятно зачем, на автомате, забыв, что на нем защитные очки и комбез строительный.

А она мимолетно глянула, улыбнулась, легко и невесомо... И дверь закрыла прямо перед его носом.

А он остался. Стоял, смотрел. Забыв вообще обо всем. А потом пошел обратно в квартиру, где как раз красил стены. И весь день чувствовал себя, как под кайфом. Улыбался, дурак. И вспоминал маленькую беленькую кошечку, с которой теперь в соседях будет. И так хорошо было, легко."

"Хотя, был вариант, что это его  тогда просто от краски так накрыло.

Потому что потом все, что угодно Вит испытывал в общении с соседкой, но только не легкость.

В дальнейшем, анализируя свои отношения с Кошкой, Вит думал, где точка отсчета? Когда все началось? Тогда, когда она мимо прошла и не обратила внимания на парня в строительном комбезе? Или тогда, когда первый раз обозвала его сопляком?

Нет, он, конечно, вел себя по-ушлепски.