Кошка, живущая на крыше

Не знаю, сколько мы так просидели, чувствуя невозможное родство, проникая друг в друга, и сколько бы мы еще это делали, но дверной звонок встревожил нас, заставил вздрогнуть, оторваться друг от друга.

Я пошла открывать.

И, увидев, кто за дверью, молча отошла в сторону, пропуская в квартиру. И не говоря ничего мамуленьке, не давая ей опять спешно нарастить лед.

Юрий, бледный и осунувшийся, готовый, как мне показалось, с боем прорываться, если и хотел что-то сказать, то под моим выразительным взглядом, закрыл рот и молча прошел на кухню.

Я услышала, как слабо ахнула мамуленька, не ожидавшая его увидеть, как что-то упало, потом невнятный мужской бубнеж, ее всхлипы..."

"И ушла, прикрыв дверь. И мысленно желая Юре удачи. Потому что, если упустит такую возможность, то зря он мне так нравился. Дурак, значит.

Лара была слегка не в себе. Но не пила. И ходила бледная, постоянно держа в поле зрения дверь в ванную.

И да, это было именно то, о чем я подумала.

Заехав после мамуленьки к ним, в поисках дружеской поддержки и чая, я попала опять в самый разгар душевной драмы.

В отличие от Лары, испуганной и несчастной, Лелик ходил довольный, только что не лопался от гордости. И  все норовил будущую мамочку  на руках таскать.

Вид его невыносимо довольной, но все  такой же страшной физиономии меня развеселил, хотя потерянное лицо Лары вызывало сочувствие. Да уж, не ожидала она такой подставы.

- А вы что, не предохранялись? - спросила я, когда Лелик был услан в магазин за средством от душевных ран (для меня) и радостного отмечания (для него).

- Предохранялись... - Лара всхлипнула. - Там защина девяносто семь- девяносто восемь процентов, вот мы в эти два процента и попали... Это все он виноват, мамонт несчастный, прохода мне не давал все время! И его эти... Активные слишком... Коть, как же мне теперь, а?

Она посмотрела на меня несчастными глазами, полными вселенской печали. Я фыркнула, не удержавшись, настолько забавно она в тот момент выглядела.