Королевская кровь. Книга 8

С тех пор каждую ночь он занимался мародерством на захваченных территориях - делал по три-четыре вылета, переносил в зубах и бронетранспортеры, и артиллерийские орудия, и связки бронежилетов, и ящики с боеприпасами. Присматривался к нескольким брошенным самоходным артиллерийским установкам, но они весили немногим меньше танка, и Люк пока не рисковал. Хотя они очень бы пригодились.

За прошедшие две недели он натаскал под сотню различных орудий и около полутора сотен ящиков со снарядами. Этого, конечно, было недостаточно - но лучше, чем ничего.

- А вы этих стрекоз сожрать не попробуете, ваша светлость? - спросил как-то Фрост, когда у него прошла оторопь от увиденного в первый раз змея, притащившего в тот раз пожеванный легкий боевой листолет. - Напустить вас на стаю, вы их пастью переловите, а уж с наземными целями мы как-нибудь справимся. И вам питание, и нам чистое небо. А то на вас, уж простите, никаких пайков не напасешься.

- Я же не лягушка, полковник, - саркастически заметил Люк. - И даже не ласточка, чтобы насекомых на лету ловить.

- С другой стороны, если такая тварь вам поперек глотки встанет, то мы останемся без герцога, - уныло согласился комендант. - А если накинутся стаей в несколько сотен, то и вас могут разорвать, как пираньи. Как бы вас так приспособить, не подвергая опасности, а?

- Как-нибудь приспособлюсь, - успокоил его Люк.

Он регулярно уезжал на берег моря, повторял уроки Луциуса, тренировался управлять ветрами и очень надеялся, что его скромных умений хватит, чтобы остановить иномирян хотя бы в воздухе.

Сейчас Люк летел вглубь Инляндии, почти к самой столице, туда, где на карте военных объектов была отмечена база мобильных госпиталей. В свернутом виде такой госпиталь состоял из пяти-семи контейнеров, которые легко погружались на грузовики или цеплялись к днищу листолета. А в развернутом виде контейнеры превращались в палаты, операционные и реанимационные комплексы.

Пролетая над лесом, в ясном свете луны он уловил движение - мелькнула отощавшая спина какой-то сбежавшей с одной из разрушенных ферм буренки, и инстинкт мигом взял верх над разумом.