Королевская кровь. Книга 8

- Или ты от токсикоза чудишь, твоя светлость?

- Считай это моей причудой, - согласилась я. - Только держи ее в тайне. Эта причуда усилит твои магические способности, Март. Думаю, тебе это будет не лишним.

Он посмотрел на меня уже без иронии.

- Не лишним, Марина. А…

Я тоже понимала его без слов. Хотя и не была женщиной, которую он любил.

- Если Виктория согласится, я ее тоже напою, Мартин.

Они ушли через полчаса - вдвоем в одно Зеркало. Я поглаживала ладонь, фантомно пощипывающую от залеченного Мартином пореза и смотрела, как тает серебристая гладь перехода.

На душе было легко и немного тревожно - и я шепотом попросила у богов, чтобы мы с Мартином обязательно встретились снова. И чтобы боги уберегли их обоих.

Затем я спустилась к леди Лотте. Мне было любопытно, что у них общего с Викторией, но поговорить не удалось - матушка Люка, невообразимо элегантная в фиолетовом платье с черным цветком на груди, с забранными наверх волосами, читала детям книгу. Здесь же была Маргарета - она с кислым видом сидела у окна и вязала крючком нечто, похожее на крокодила.

Во всяком случае, четыре зеленые лапы угадывались.

Леди Лотта сделала мне знак рукой, чтобы я подождала, и продолжила:

- … и тетушка-сова сказала олененку: не плачь, малыш, мы найдем твою маму…

Я подошла к Рите, присела на подоконник.

- Милая зверушка.

Она фыркнула.

- Твой муж, между прочим, Марина. Вяжу Люку его альтер-эго. Похож?

Я присмотрелась.

- Больше кляксу с лапами напоминает, Рита. Или раздавленную лягушку. Вязание не твое.

- А то я не знаю, - пробормотала она.

- Заняться просто пока нечем… а я его все равно не видела, по твоим рассказам воссоздаю.

Под окнами раздался оглушительный сигнал клаксона, и мы посмотрели на улицу. Опять два грузовика - и из них уже аккуратно сползали первые раненые. Мы переглянулись и побежали к выходу.

У дверей замка стояли носилки - я, торопливо накинув халат и передник, повязав волосы, подхватила одни, вторые взяла Маргарета. Она тоже уже была в халате. Из-за распахнутых дверей слышны были команды санитаров, стоны раненых.

Там царил организованный хаос. Командовала моя акушерка, на время войны переквалифицировавшаяся в старшие сестры - она увидела нас, помахала тетрадью, куда записывала раненых. Санитары таскали лежачих на первичный осмотр. С тяжелыми счет шел на секунды - даже правильно переналоженный жгут или поддерживающий укол могли отсрочить смерть.

- Сколько? - крикнула я пожилому шоферу, передавая носилки санитару, который стоял в кузове.