Контракт на невинность

Вероятность того, что именно на меня повесят это убийство после допроса просто огромна.

Между ног начинает неприятно щипать от горячей воды, и я ойкаю. Перед глазами встает неожиданно ярко воспоминание о Камиле. По коже пробегает волна мурашек. Это кажется бредом, но я будто снова ощущаю его прикосновения. Уже не в тех местах, где он прикасался, а в новых — это-то и смущает меня больше всего, и я ныряю с головой под воду, чтобы избавиться от странных ощущений.

И забыть ту боль, которая просто обломала все хорошее, что могло бы произойти.

Сволочь. Но дико щедрая сволочь.

Я вылезаю из ванны, переодеваюсь в чистое белье и замираю, заметив что-то неладное. Оттягиваю трусы.

— Черт, — выдыхаю я, поняв, что от лишения девственности столько крови не бывает, — вас только не хватало для полного счастья.

Спать я ложусь совсем поздно.

***— Позвони мне, если вдруг меня будет искать полиция, — напутствую я сестру перед тем, как отправить ее в кружок танцев, — слушай сюда: деньги я спрятала под ковром, под твоей кроватью. Отцу о них ничего не говори. Даже если будет умолять. Не транжирь и покупай себе еду. Если полиция найдет — скажешь, что это сбережения семьи.

— Ты так говоришь, будто уходишь навсегда, Ева…

Я пожимаю в ответ плечами.

— Я могу иногда не ночевать дома. Не пугайся. Буду заходить в любом случае по вечерам, чтобы проверить тебя… справишься, Ляля?

Сестра уныло кивает.

— Конечно, — тихо выдает она, — хотя, ты меня пугаешь. Расскажешь, что произошло? Хотя бы потом?

Я обнимаю ее, просто кивнув.

Я заезжаю в больницу и оплачиваю счет отца на лечение. К нему не захожу, чтобы не портить себе настроение — просто передаю записку, где вкратце выкладываю всю ситуацию.

После этого у меня остаются сущие копейки. Фигня по сравнению с той суммой, которая была у меня на руках. Деньги с продажи моей девственности разлетелась слишком быстро. Даже смешно.