Ключ Гермеса Трисмегиста

Решила поступать в педагогический на английское отделение, так как в университет нечего было и соваться. А так матери даже удалось выжать из отца какие-то деньги на репетиторов.

Отец, с тех пор как ушел, в их квартире больше не появлялся и не делал попыток увидеться с Верой. На окончание школы прислал, правда, денег на подарок. Мать тогда процедила сквозь зубы, что у отца уже третья жена, очень деловая девица, из молодых, да ранних, что дела, судя по всему, идут хорошо, но чтобы Вера не особенно надеялась, что ей что-то обломится — как только стукнет ей восемнадцать, так папочка ее и знать не захочет.

Вера пожала плечами — и так не хочет, а Вера навязываться не станет.

И правда, как только отпраздновали Верино восемнадцатилетие, деньги от отца поступать перестали.

Вера училась, подрабатывала как могла, мать в это время познакомилась, как она выражалась, с приличным человеком. Было похоже, что она сильно им увлеклась — характер стал явно лучше. Однако была одна проблема: ее друг был женат. И хоть готов был, по выражению матери, соединить с ней свою жизнь, но собирался оставить все нажитое прежней семье, чтобы не было потом обид.

В конце концов, он купил дом в деревне, и мать уехала туда с ним пока что на лето. А там решила остаться насовсем. За это время она очень изменилась — стала гораздо проще и как-то человечнее, что ли, видно, новый ее муж хорошо на нее влиял. Не изменилось только ее отношение к Вере — она была к дочери совершенно равнодушна. Что ж, Вера к этому привыкла.

Она окончила институт и стала искать работу.

Без связей и знакомств можно было устроиться лишь в школу или секретарем-референтом в какую-нибудь небольшую фирму.

В секретари Вера идти не хотела — там кофе начальнику надо подавать и вообще там высшее образование необязательно, не для того она пять лет над учебниками корпела. Школьные воспоминания были еще чересчур свежи и не вызывали ни малейшего желания работать в школе, однако нужно было на что-то жить, и Вера решилась, выбрав, естественно, не свою бывшую школу, а другую, не так близко от дома, там как раз «англичанка» ушла в декрет.

Нельзя сказать, что ей нравилась работа — вечно встрепанные пятиклассники, орущая толпа на переменах, нагловатые старшеклассники, хамские девицы, с пренебрежением оглядывающие ее одежду, подозрительная завуч, грозная директриса, которую боялись все.