Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон!

Мелисса принялась говорить из-за ширмы ее голосом — Софи только открывала рот (сама она по-прежнему могла произнести не больше пары слов):

— Как же мне купить еду, если никто не хочет ее продавать? Я так хочу есть! И у меня совсем никого нет. Со мной не хотят даже разговаривать. Ненавижу свои крылья! Ненавижу себя! Как бы я хотела быть обычной и иметь семью, как другие дети! Почему я родилась такой? Что же мне делать? Где же мне взять хотя бы еду сейчас?

Понурив плечи, она зашла за ширму, а затем Бетти душераздирающе закричала.

Потом еще раз, а потом:

— Рожаю!

Это Мелисса добавила в последний момент, чтобы точно все поняли, что происходит.

— Где ты?! — выпалил Юджин, выбежав на сцену. — Дорогая, я иду! Я с тобой!

Он перебежал через сцену в к той ширме, за которой кричала Бетти.

На долю секунды все затихло — а потом на сцену выбралась Бетти — уже без подушки живота. Она тяжело опустилась на стул и сгорбилась.

Вслед за ней вышел Юджин и сел напротив.

— Избавься от этой уродины. Это не мой ребенок.

— Как ты можешь?! Это твоя дочь.

— Моя дочь не может быть этой тварью! Мы обязаны сдать ее в приют! Там умеют иметь с такими дело!

— Но она же наша дочь! Ты говорил, что всегда будешь любить и меня, и нашего ребенка!

— Это другое! Она отродье! Я не могу любить эту тварь!

— Мама! — В этот момент из-за ширмы вышла Лили. В розовом платьице, с улыбкой на мордашке, с рогами и с красными глазками. — Мама, я так соскучилась!

Она подбежала к Бетти и обняла ее за ноги, задрав голову и улыбаясь.

По правде говоря, я была против того, чтобы Лили в этом участвовала.

Но Лили расплакалась, когда услышала, что у нее забирают право играть вместе с остальными.

Вот лучше бы Колобка поставили, честно слово! Сердце же надрывается смотреть? А у остальных... Я пробежалась глазами по лицам горожан. Надо же. Смотрят.

— Я ухожу, — скривился Юджин. — Не могу ее видеть.

— Это твоя дочь!

— Ей не место среди нормальных людей. Я не могу жить с ней под одной крышей.

— Но ты мой муж!

— Или я — или это отродье в нашем доме. Мы не можем ее больше прятать. Ей место в приюте, она отвратительна и опасна. Найди меня, если надумаешь от нее избавиться.

Юджин вышел, Бетти старательно зарыдала, закрывая лицо руками.

— Мама! — обеспокоенно забормотала Лили. — Мама, мама!

Она потянула к Бетти руки. Та сначала уклонялась, продолжая плакать, а затем оттолкнула Лили. Лили попятилась и старательно шлепнулась на попу, как ее научили.