Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон!

Аромат кофе уже успел заполнить всю кухню, я пристально смотрела на турку, чтобы не упустить момент, когда он начнет закипать.

— Я говорю о спектакле Мелиссы. Вы видели, что она задумала?! Откуда вообще…

Откуда вообще у маленькой девочки такие идеи? Это же… уму непостижимо!

Генерал Реннер мягко засмеялся, и я возмущенно на него уставилась.

— Да, — откашлялся он. — Истинная дочь своих родителей. Я… впечатлен.

Я дернула головой. Уши бы мои ничего не слышали об этих… отбросах! От Урсулы я уже знала, что лорд Макмайер в самом деле владел самым большим и известным театром в столице и был там режиссером — за самим королем в этом театре была зарезервирована ложа.

Так что не было ничего удивительно, что Мелисса буквально с молоком матери, известной актрисы этого самого театра, без роду и племени, на которой скандально женился режиссер, впитала страсть к искусству.

Я все могла понять. Даже наследственность!

Но…

— И все? — возмутилась я.

Он качнул головой.

— Не понимаю твоего недовольства.

— Недовольства? Ты называешь это недовольством?

— Иви, к…

— Нет, не смей перебивать меня! Ты понимаешь, какая реакция будет у горожан, когда мы это покажем на сцене?!

— Иви, кофе!

— Да твою же… — Я в последний момент сдернула с плиты турку, едва не облив генерала Реннера.

— Успокойся. — Он забрал турку у меня из рук — прямо пальцами дотронувшись до раскаленного дна — драконы! — Давай сюда. Сядь, я сам налью. Садись за стол! Хотя… тебе, кажется, стоило бы выпить чего-то покрепче.

Он замер, задумчиво глядя на шкафчик, где был припрятан от детей алкоголь на особый случай.

Бросив взгляд за окно, я увидела на лужайке у дома демонстративно разобиженную Мелиссу, которую с энтузиазмом утешали остальные. Невольно улыбнулась.

— Я просто боюсь за них.

Генерал Реннер поставил передо мной чашку с кофе и от души плеснул туда настойки.

— Ты ошибаешься, — медленно сказал он, — думая, что все может быть просто. Просто не будет — независимо от того с чем вы выйдете на сцену.

Я пригубила кофе и закашлялась от того, какой он крепкий. Генерал Реннер ухмыльнулся, и я отвела глаза, чтобы не пялиться на его губы.

Проклятие.

Он ведь прав.

***

К сожалению, мрачные прогнозы генерала Реннера и мои нехорошие предчувствия начали оправдываться уже на следующее утро.

Кто-то подбросил на порог приюта дохлую ворону, на шею которой нацепил деревянную табличку с единственным словом: “Уроды”.

Намек был более чем ясен.