Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон!

Все-таки магия?

— Вот так, ласточка,  — довольно сказала няня Урсула.  — Вот мы и уехали. Сейчас генерал Реннер успокоится, заскучает  — а там-то мы и вернемся. А пока…

— Мы не вернемся,  — качнула головой я.

Карета ехала по улице, с обеих сторон которой располагались прилавки с самыми разнообразными товарами. Кажется, это что-то вроде воскресного рынка в нашем мире.

Я щурилась, пытаясь рассмотреть цены,  — нужно же мне ориентироваться в том, что и сколько здесь стоит? Иногда я замечала в руках людей небольшие бронзовые монетки — у них, должно быть, самый низкий номинал.

Мы проезжали мимо лавки с детскими игрушками, когда я услышала пронзительный писк.

Выглянула в противоположное окно и увидела лоток с фруктами.

Стоящий у лотка торговец, тощий, как жердь, собрался ударить маленькую девочку, которая сжимала в ладошках украденное яблоко. Он замахнулся и…

— Стойте! — крикнула я.  — Стойте!

Кучер натянул поводья, карета притормозила, я выскочила наружу и бросилась вперед, едва не упав в грязь.

Попасть в другой мир, развестись с драконом, остаться без крыши над головой и потерять доброе имя — бывает! Но спокойно смотреть на то, как поднимают на ребенка руку — ну уж нет!

Я загородила собой малышку — покупатели, стоящие у лотка, возмущенно зашептались.

— Она повадилась у меня воровать! — рявкнул торговец. — Зачем ты влезла? Кто платить будет за нее? Может, ты?

Я сжала зубы. Денег в поясной сумке было не так уж много, но на такое их должно хватить.

— Да. Сколько?

Он прищурился и окинул меня взглядом.

Легкомысленная аристократка — вот, на кого я похожа.

Торговец, должно быть, тоже сообразил, что имеет дело не с простой горожанкой.

Удачно, что на мне не написано ничего о том, что муж-дракон буквально сегодня выгнал меня на улицу.

— Добрая вы душа, леди. — Он сплюнул. — Скажите ей, чтобы она вернула деньги, которые у меня украла. Меня не проведешь! — Торговец посмотрел мне за спину и дернулся.

Что?

Я обернулась и остолбенела: глаза у девочки светились желтым. По щекам катились слезы, губы дрожали, костяшки пальцев, сжимающих яблоко, побелели.

Что я знаю об этом мире? Пока ничего. Но я точно знаю, как выглядит голодный испуганный ребенок.

Я вдруг обратила внимание на то, какая девочка худенькая под всеми этими лохмотьями. У нее были темные волосы, свалявшиеся от грязи. Личико было бледным.