Катрин

Старая жизнь уходила на второй план, теряла форму, становилась двухмерным рисунком в её памяти.

* * *Катрин разбудил внезапный стук в дверь. Стучали громко и без остановки. Камин уже потух, а отсутствие окон позволяло мраку чувствовать себя здесь вольготно. Катрин посмотрела на кровать Веры и поняла, что в комнате она одна. Определить, который теперь час, было невозможно, но, судя по держащейся в теле усталости и сильно слипающимся глазам, всё ещё была ночь.

Тук-тук-тук-тук-тук-тук – глухо и монотонно разлеталось по всем углам.

«Кто это?» – спросил Катрин её внутренний голос, словно она могла ему ответить. Тогда она сама решила спросить у того, кто стучит:

– Кто там?!

Ответа не последовало, но стук не прекратился, словно с другой стороны двери кто-то усердно пытался заколотить гвоздь, а дерево не поддавалось.

– Вера, это ты?! – голос у Катрин ломался от волнения.

Кажется, это не Вера. Но кто тогда? Стук становился чаще, нарастал одновременно с пульсом Катрин. Он сводил с ума, пугал до спазмов в затылке, заставлял прятаться.

– Что вам нужно?! – не выдержала Катрин и перешла на крик. – Закрыто! Слышите?! Я не смогу вам открыть!

Стук оборвался. Послышался металлический скрежет. С той стороны в замочную скважину вставляли ключ. Поворот, ещё один. Хорошо смазанные петли не издали ни звука, и дверь бесшумно прокрутилась на них.

Ведьма бесшумно прошла по комнате, словно призрак прошлого, и, скинув с себя верхнюю одежду, легла в постель. Из незакрытой двери в комнату проникал густой мрак. Боясь, что оттуда вынырнет что-то пострашнее, чем гуляющая во сне ведьма, Катрин вскочила и побежала к двери, чтобы закрыть её.

Подцепив с пола небольшую бумажку, она закрыла дверь и, боясь нарушить тишину, добежала до кровати на цыпочках. Вера спала, отвернувшись к стенке. Катрин присела на кровать так, чтобы свет от камина падал на листок.