Катрин

В прихожей появилась женщина в заляпанном и прожжённом с одного бока халате. С её головы на плечи спускались засаленные волосы – остатки былых кудрей. Губы были неаккуратно накрашены красной помадой, которую она размазала рукой в уголке рта. Должно быть, женщина недавно вернулась домой и не ждала гостей. В левой руке она сжимала большой кухонный нож, с которого свисал тонкий кружок копчёной колбасы. Женщина щёлкнула выключателем, и прихожую осветило тусклым жёлтым светом.

– Что вам нужно? – гневно спросила женщина, держа нож наготове.

– Ниче… – Катрин не успела договорить, женщина перебила её.

– Это ты? – прищурившись, злобно протянула хозяйка и перекинула нож из левой руки в правую, видимо, чтобы было удобней наносить удар.

Катрин ничего не понимала. Она ожидала чего угодно: криков о помощи, звонка в полицию, мольбы о пощаде, угроз, но не того, что она услышала.

– Тварь! Куда ты дела мою дочь? Отвечай, или я убью тебя! – теперь женщина голосила, наращивая громкость, как вскипевший чайник, и, кажется, прекрасно понимала, кто стоит перед ней.

– Я не знаю… – начала отвечать Катрин.

– Заткни пасть, сучка! Я не с тобой разговариваю! Ты! – стало понятно, что она обращается к Вере. – Ты украла мою дочь! Чёртова цыганка! Отвечай живо, где она?

Вера молчала и, кажется, была равнодушна к происходящему. Идиотская ситуация начинала выходить из-под контроля. Женщина выглядела неадекватной и пугала Катрин, но, несмотря на гнев, что-то в ней вызывало любопытство.

– Я понятия не имею, о чем ты говоришь, – спокойно сказала Вера и хотела повернуться к выходу, как вдруг женщина бросилась на неё, замахнувшись ножом.

Вера бросила несколько слов, и женщина тут же остановилась. Нож выпал из её руки и глухо ударился о ковролин. Вера улыбнулась и продолжила произносить заклинание. Глаза женщины начали вылезать из орбит. Она схватилась за горло. Кажется, что-то мешало ей сделать вдох. Лицо краснело и тряслось. Вера продолжала говорить.

– Прекрати! – завопила Катрин, понимая, к чему это вот-вот приведёт.