Камея из Ватикана

– Да чего ж вам, москвичам, и не спать до обеда? Делов все равно никаких нету! Одно у вас дело, воду мутить!

Тонечка сунула ноги в чуни и накинула на пижаму «позорного волка»."

"– Что вы взъелись, право слово? – спросила она миролюбиво. – Мы вам жить не мешаем, не хулиганим, маски носим!

– Да у нас за последний месяц преступность втрое скаканула! Не хулиганят они!.. Вот-то, может, и не того, а другие-то того!..

– Того-сего, – пробормотала Тонечка. – Пятого-двадцатого.

– Чего сделалось-то у вас?

Тонечка провела майора к дому старой княгини, выбила лопату и распахнула дверь.

– Вы пока ознакомьтесь с обстановкой, – предложила она. – А я сбегаю за… Ну, неважно.

Майор Мурзин заглянул в дом и, кажется, украдкой попытался перекреститься.

Тонечка перебежала на Сашин участок и постучала в дом. Прислушалась и еще раз постучала.

Дверь открыл незнакомый мужик, и Тонечка отступила на шаг.

– Извините, пожалуйста, – начала она. Должно быть, ночью явился муж, знаток дорогого шампанского и пятидесятилетнего виски, а она и не слыхала! – Мне нужна Саша или… Нет, если можно, позовите Сашу!.

– Здравствуйте, Тоня, – поздоровался незнакомец. – Как ваш парень? Отошел?

…И тут только Тонечка его узнала, да и то как-то… не очень.

Он был умыт, побрит, облачен в белую футболку и синие джинсы. На голове светлые волосы, а на носу – очки.

Кажется, золотые.

– Федор Петрович? – на всякий случай уточнила Тонечка. Он кивнул с некоторым удивлением. – Я вас не узнала! Там пришел майор Мурзин, должно быть, Саша ему позвонила.

– Да, да, – подтвердил Федор Петрович. – Она звонила по моей просьбе. Я не знаю местных… властей.

– Он сейчас осматривает дом вашей тети.

Федор Петрович сунул ноги в мокасины и выпростал из рюкзака мятую красную жилетку.

Тонечка проводила жилетку глазами.

– Мне, наверное, тоже нужно туда. – И Федор сбежал с крыльца.

Тонечка зашла в дом и позвала:

– Саша!

– Иду!

Она спустилась со второго этажа, тоже в джинсах и футболке, глаза веселые.

– Это что, наш вчерашний Фабиан?! – даже не поздоровавшись, спросила Тонечка.

– Он самый.

– А что с ним такое?

Саша засмеялась:

– Я думаю, ничего особенного, просто он помылся и переоделся.

– Да нет, Саш, тот был какой-то другой.

– Да нет, Тонь, никакого другого тут не было!

И они посмотрели друг на друга.

– И… как он тебе? – задала Тонечка глупейший из вопросов.

– Ну, знаешь, я тоже удивилась, когда сегодня утром его увидела в собственной кухне! Он варил какао.