Как его завоевать?

А я то думала у него тут кофемашина за сорок косарей.

– Почему это мне нужен кофе?

– Протрезветь.

– Я не пьяная, – возмутилась я.

– Согласен, что не очень пьяная, совсем немного… Но трезвая ты бы не пришла.

– Пришла бы! – не согласилась я.

Он не продолжил спор, а начал молоть зерна. Я хотела с ним поговорить, но сама не знала о чем. Да и тяжело разговаривать со спиной. Широкой. И раздетой. Мой взгляд опустился ниже, Илья обернулся:

– О чем поговорить то хотела?

– А ты сейчас занят вообще? – спохватилась я, может некогда ему было.

Он хохотнул и отвернулся к плите. Мы молчали.

Наконец он поставил передо мной кружку горячего ароматного кофе, я втянула носом запах.

– Обалденно пахнет.

– Сливки? – спросил он.

– Давай!

Я отпила горячий кофе и довольно зажмурилась. Илья вопросительно смотрел на меня, сидя на стуле напротив.

– А ты кофе не хочешь? – спросила я невинным голоском.

– Нет.

Мы снова молчали. Наконец я сказала.

– Да я сама не знаю зачем пришла! Меня просто бесит, что ты со мной не общаешься!

Он вздохнул, устало потер пальцами переносицу.

Наконец он произнес.

– Ладно. Давай поговорим.

Я удивленно таращилась на него:

– А мы сейчас что делаем?

– Вот сейчас и говорим, – сердито сказал он и я замолчала.

Он молчал. Я поднесла кружку к губам, как вдруг Илья выдал:

– Не нужно нам общаться. Вот и все.

– Класс, – я грохнула кружкой об стол, – а почему?

– Жень.

– Ты что, Ванга? – спросила я.

– Я серьезно."

"– И я. Причем тут мое будущее вообще?

– Потому что если мы будем продолжать общаться все закончится сексом, – сказал Илья. Вот так просто. Глядя мне в глаза.

У меня челюсть отвисла. Просто… нет, я конечно, все это понимала и понимаю. Но я не ожидала такой прямолинейности.

– И… кхм… ну и что? – наконец спросила я.

– И все.

Он снова устало потер переносицу.

– Все старо, как мир…, – наконец сказал он, взял мою кружку и выпил залпом.

– Ну а ты внеси меня в черный список, чтоб я тебя не доставала своими сообщениями и звонками, – предложила абсолютно серьезно.

– Чего? – он опешил.