Наследница долины Туманов

Она скользнула под мою кожу и побежала по венам, распространяясь по всему телу.

– Девушка была сияющей, – негромко произнёс Вэй. – Я слышу отголоски светлой энергии. Скорее всего, она выгоревший целитель.

Убрав руки, он нахмурился.

– Говори, – рявкнул Каил.

– Она заражена, гер. Её рана – это прикосновение Тумана. В ней клубится магия смерти.

– Что? Ты что несёшь? – северянин взревел и, ухватив целителя за грудки, встряхнул его. – Она жива. А ты пытаешься мне сказать, что моя женщина

‘умертвие?!

– Нет, гер, – голос целителя звучал предельно спокойно, – придите в себя.

Каил разжал руки и запустил пятерню в волосы.

– Говори, что с ней, – глухо процедил он.

– Рана старая, очевидно, что получила её вартеса в тумане, но каким образом выжила, прежде чем он её прибрал к себе, непонятно. Но вы должны понять, что рана не заживает, и тьма в ней поглощает её собственный дар, который и поддерживал её всё эти годы. Хотя я думаю, рядом был целитель, к тому же ее недуг недооценивали, иначе ей бы не дали выжить.

“Мояла” – тут же вспомнила я мачеху. Да, этот мужчина прав, она отдавала мне всё крохи своего дара. А теперь она где-то там, беременная, напуганная, в окружении не пойми кого. А если разбойники, гуроны. Страх сжал моё сердце. Да лучше бы мы послушали няню, и она осталась.

– Дальше, Вэй, – нетерпеливо поторопил целителя гер. – Как это вылечить?

– Я не знаю. Слышал о таком, но лишь мельком.

Слова были произнесены сухо и безэмоционально. Так, словно они о погоде говорили. А я же чувствовала себя раздетой и голой, выставленной на обозрение.

– Оставьте меня в покое, – прошептала я.

– Конечно, вартеса, сейчас боль стихнет и вам станет легче, – спохватился Вэй.

– Легче мне никогда не станет, – огрызнулась я, – уберите от меня свои руки.

– У тебя кровь, девочка, – негромко произнёс гер Каил.

– Я и без вас знаю, что у меня там, – сквозь зубы произнесла я. – Не смейте прикасаться ко мне.

Но они не слушали, задрав моё платье на самую талию, целитель принялся ощупывать ноги.

– Они не потеряли чувствительность, – пробубнил он, – скорее всего, мышцы слабы настолько, что не держат. Тьма отбирает слишком много здоровья. Ноги слишком худые, возможно, из-за плохих условий жизни.