Наследница долины Туманов

Воята дрогнула и расплакалась. Во мне всё перевернулось. Я не могла ответить на его вопрос и подставить Моялу, но и смотреть на слёзы ребёнка тоже было тяжело.

– Я скажу всё, что вы хотите, только пообещайте не трогать вдову князя Руско, – тихо шепнула я.

Гер поднялся и легонько подтолкнул плачущую Вояту обратно к бабушке.

– Не смей ставить мне условия, женщина. Мне плевать на твои физические недостатки, накажу как здоровую. Таких розог всыплю за дерзость, неделю сидеть не сможешь.

Его слова вопреки логике меня успокоили.

– Я не ставлю условий, гер Каил. всего лишь прошу, – примирительно шепнула я.

Этот мужчина вёл себя странно. Как-то по-дурацки, что ли? Нелепо, неадекватно, не по княжески.

Вроде и видно, что не простой смертный, но настроение его менялось мгновенно.

Никакой выдержки, маски хладнокровия и вселенской скуки.

Вроде и жёсток, но в то же время мягок. Ведь не убивают, не насилуют они нас.

Строг, но хохочет со своими воинами.

Странный, неоднозначный, пугающе раздражающий тип.

– Ммм, меня просит безногая княжна, – словно прочитав мои мысли, он расплылся в озорной улыбке. – Это, наверное, дорогого стоит?!

Я ощетинилась, и оскорбление просто так спустить уже не смогла.

– Вам нравится унижать женщин, гер Каил? – вырвались у меня необдуманные слова.

Няня дёрнула меня за плечо, но поздно. Сказанного не воротишь.

– Не совсем, княжна Амэлла, мне нравится ставить людей в неловкое положение, в некомфортную для них ситуацию и смотреть, как они будут себя вести.

Я прикусила язык в буквальном смысле: если это был комплемент, то весьма странным. В голове у меня царило такое смятение. И постоянно всплывал только один вопрос, который я решилась озвучить.

– Вы меня убьёте? – слова легко сорвались с моих губ.

Мужчина, казалось, слегка удивился и нахмурился.

– Не знаю, – он улыбнулся и подмигнул в издевательской манере, – ещё не решил.

Может, убью, или в темнице запру, а, возможно, заберу ваше кресло и заставлю ползать. Вы верите, что я способен на такое?

– Вы себе не противны? – вспылила я.

– Амэлла, – шепнула няня.

– Вы прекрасны, княжна. Столько эмоций: живых, неподдельных. Можно даже и забыть, что калека. Умертвием вас поспешили назвать. Может, и правда, проверим, насколько вы действительно ущербны.

Тяжело вздохнув, я пыталась сдержаться.