Наследница долины Туманов

– Амэлла, ты видела это порождение тумана раньше, до прошлой ночи? – тихо спросил мой гер, всё так же поглаживая меня вдоль позвоночника.

– Нет, – неуверенно качнула головой, – я не помню такого.

Меня передернуло. Не в силах больше сдерживаться, я и вовсе забралась мужу на колени и, обняв за талию, спрятала лицо на его груди. Мне было всё равно: прилично это или нет.

Всё чего я хотела – это надёжной защиты и спокойствия.

– Если это не сон, то откуда оно взялось? – спросила я, понимая отчётливее, что всё, что здесь происходило, мне не привиделось.

– Это несложный вопрос, – уложив меня на спину, Каил навис надо мной, – это всего лишь Туман.

– Туман?! – не поняла я. – Но это невозможно. Это… это…

– Это туман, Амэлла. Тьма, что явилась забрать своё. Только вот перетопчется.

Глава 49

Я лежала и пыталась осмыслить его слова. Туман. Нет, это даже звучит как-то нереально.

– Но, это же нелепо! Это, – у меня не было слов, выразить свои мысли. – Туман ведь просто барьер, сотканный из магии смерти.

Склонившись, муж легонько коснулся губами моего виска.

– Я и не хочу, чтобы ты понимала, – прошептал он. – Та тьма, что внутри тебя, принадлежит туману. Она им и является, по сути своей. И желает она заполучить обратно свою жертву. Этот яд настолько проник в твоё тело, что стал частью его. Я пожиратель, Амэлла, я чувствую это. Туман – часть твоей души и этого не изменить.

– Глупости, – прошептала я, не веря, – я не могу быть частью Тумана.

– Амэлла, ты ведь сама понимаешь, что должна была погибнуть много лет тому назад…

– Но я жива. Я не княжна умертвий, – возмущённо воскликнув. я увидела в его глазах то, чего боялась больше всего. – Не смей смотреть на меня с жалостью, словно на недобитую собаку!

– Я смотрю с любовью, Амэлла, – не обращая внимания на мой гнев, произнёс Каил.

– Я люблю тебя, колючка моя, и мне ничуть не легче.

– Да не может он ничего решать! – мои эмоции брали верх над здравым смыслом. – Это всего лишь сгусток магии.

Каил, склонив голову набок, внимательно всматривался в моё лицо. Его глаза пылали и завораживали одновременно. Словно в них разливалось жидкое золото.

– Амэлла, слушай меня.