Искатели потерянного ковчега. Индиана Джонс и последний крестовый поход

Салла взглянул на Инди.

— Так вот, насчет Маркуса. Их было слишком много на одного меня.

— Осторожно! — с заднего сиденья завопил Генри.

Салла нажал на тормоза и выругался: какой-то человек перекрыл им дорогу тележкой.

— На верблюде надо ездить! — прокричал Салла из окна, объезжая незадачливого торговца. Затем вернулся к прерванному разговору.

— Мое лицо свидетель, что я сделал все, что цог. — Он поднял покрытые синяками и ссадинами кулаки. — Но им тоже здорово досталось,

— А Броди?

— Сегодня утром они выехали из города в сторону пустыни, получив от султана продовольствие и солдат.

Генри резко наклонился вперед.

— Это значит, что карта у них. Если они уже в пути, то думаю, что они доберутся до Грааля прежде нас.

— Успокойся, папа, мы их найдем, — заверил его Инди, сам, однако, не совсем уверенный, что они успеют вовремя, чтобы спасти Маркуса и не дать фашистам завладеть Граалем."

"— Мой мальчик, в таких состязаниях не бывает серебряных медалей за второе место.

Салла усмехнулся, нажал на клаксон и высунул голову из окна.

— Ты что, совсем ослеп? Убирайся с дороги!

Генри, опустив свое окно, добавил:

— Занял всю дорогу. А ну, пропусти!

Инди задумался. Как только Донован и его фашистская шайка поймут, что они на правильном пути, жизнь Маркуса и гроша ломаного не будет стоить.

— Есть возможность их перехватить?

Салла заговорщицки ухмыльнулся:

— Длинные пути всегда можно укоротить.

Он снова загудел, тряся головой и ругаясь на трех языках, потом повернулся к Инди и коротко бросил:

— Рискнем.

Глава восемнадцатая

СТОЛКНОВЕНИЕ

Маркус Броди высунул голову из люка танка времен первой мировой войны и взглянул на пламенеющее в небе солнце. Вытирая платком мокрый лоб, он пробормотал:

— Проклятые фашистские собаки.

Они двигались через пустыню, пересекая каньон, который, казалось, был последним на их пути.

— Промочишь горло, Маркус?

Броди повернул голову, услышав голос Донована. С танком поравнялась машина с открытым верхом, в которой помимо Донована сидели Эльза Шнайдер и какой-то нацист, которого Эльза звала полковником Фогелем.