Интендант его Драконьего Превосходительства (СИ)

Я заподозрила, что он вот-вот выплюнет очередную порцию горючего, и попятилась. Мало ли - вдруг в этот раз плевок в меня полетит?

Тем временем повар, как и было велено, притащил из кладовки мешок с печеньками. Мешок был немаленький. В него мой дракончик легко уместился бы. Вот и куда мне столько сладостей? Или Ардашир и сам не прочь ими побаловаться?..

- Вот, ваше превосходительство. Все, что есть.

- Отсыпь половину, - кривясь, будто съел кислого, велел генерал. - Мартель убедил меня, что я не должен совсем лишать тебя сладкого.

Повар глянул на меня мельком. Поклонился Ардаширу. Лицо его повеселело, подобрело.

- Благодарю вас, ваше превосходительство!

Ардашир снова уселся за стол и вернулся к недоеденному крылышку, а я, получив увесистый куль печенья, отправилась за своим дорожным мешком. Он оставался в той комнатушке, где позволил мне прикорнуть на пару часов мой генерал.

- Дай печеньку! - подлетел ко мне Тель, которого на кухню отчего-то не пригласили.

- Да вы помешались, что ли, все на этих печеньках? - удивилась я.

Не знаю, как Мартелла, а я, Матрена Ильинична, сластеной в своей прошлой жизни не была. Могла побаловаться при случае, но особого пристрастия ни к выпечке, ни к мороженому, ни к шоколаду не имела.

- Ну дай!

Тель сумел сделать такой жалостливый вид, что я против воли распустила горловину полотняного кулька. Выудила сразу две печеньки. Одну сунула в пасть драконистому попрошайке, другую закинула себе в рот. Надо же и самой попробовать, что за деликатес такой, от которого тут все без ума!

Умм.

…я проглотила одну печеньку и полезла за следующей.

Кажется, я утверждала, что не люблю сладости? Официально заявляю: я ошиблась! Просто я их, кажется, раньше не пробовала. Точнее, пробовала, но явно не то, не так и не там. Да ради одного этого вкуса стоило перенестись в другой мир, в тело несчастной сиротки, и попасть в лапы грозного драконьего генерала!

Острые терпкие нотки миндаля. Легкий оттенок ванили. Медовая сладость маслянистого рассыпчатого песочного теста и едва уловимая кислинка клюквы.

Развернувшись на сто восемьдесят, я потопала обратно на кухню. Водрузила кулек с печеньем на стол перед носом изумленного генерала, и, непочтительно повернувшись к нему спиной, заявила обалдевшему повару:

- Я с места не сойду, пока вы не поклянетесь, что научите меня готовить это печенье!

В кухне повисла пауза.