Их невинная наложница

Рафик подмигнул ей, и, повернувшись, направился к большой постели, на которую бережно ее опустил.

— Снимай одежду, хабибти, или, клянусь, я сорву ее с тебя, – Кад уже занялся пуговицами на своей рубашке, обнажая великолепную загорелую кожу.

Пайпер проигнорировала спираль желания, скрутившую ее внутренности, и попыталась ускользнуть, но они заблокировали ей путь с трех сторон."

"— Подождите. Вы сказали, что собираетесь жениться, а теперь хотите, чтобы я с вами переспала?

Но Раф ведь упомянул, что у нее будет трое мужей, которые не могли без нее жить.

Тал искренне рассмеялся. Он выглядел моложе и беззаботней, словно сбросил с себя некое тяжкое бремя.

— И ты говорила мне, что сообразительна. Да, любовь моя, мы женимся. В кандидатки у нас есть прекрасная невеста, и мне удалось внести поправку в закон, чтобы она никогда не сомневалась в том, что мы женились на ней лишь из-за любви.

Из ее глаз брызнули слезы. В ней расцвела надежда, вытесняя все мысли о гневе.

— И что произойдет с этой невестой, если кто-то попытается причинить ей вред? Вы запрете ее в золотой клетке?

Тал сделал глубокий вздох.

— Пайпер, я  буду дорожить каждой секундой, проведенной с моей невестой. Я отгоню свои страхи, потому что она заслуживает храброго мужчину. Я стану самым лучшим мужем и буду защищать ее каждой клеточкой своего тела, но, даже если случится худшее, я все равно не откажусь от этих мгновений с тобой.

— Я люблю тебя, Пайпер. Я хочу детей и жизни подле тебя, и клянусь, что никогда не оставлю тебя снова, — пообещал Раф.

— Я хочу тебя. Я был одинок без тебя. Я не понимал этого прежде. Я думал, что был счастлив, но ты показала мне, что такое истинное блаженство, — произнес Кад низким серьезным голосом.

Теперь она не сдерживала слез. Эти слова были всем, чего она хотела, чего ждала всю свою жизнь. Ее мужья. Ее будущее. Никакая возможная боль не будет стоить ей целой жизни, наполненной счастьем. Тем не менее, она не могла оставить их заносчивость безнаказанной. Она поднялось на колени, и распрямила плечи, являя собой ту гордую женщину, которую пробудила их любовь.

— Я не помню, чтобы вы просили меня выйти за вас.

Очередная сверкающая улыбка осветила лицо Тала.