Их невинная наложница

Минди вздохнула  и, сев ближе, приложила ладонь к экрану.

— Я люблю тебя, сестра. И я  собираюсь дать тебе тот же совет, который ты дала мне в один далекий день. Ты помнишь? Наших родителей не стало. Ты осталась со мной дома. Я не хотела идти в школу, потому что знала, что все будут меня жалеть. Что ты сказала мне?

Пайпер вспомнила тот день. Было так трудно отпустить сестру. Она была так молода, но на ней лежала ответственность. Это был первый день Минди в средней школе. Их родители должны были быть там. Пайпер пыталась найти слова, которые сказала бы их мать.

Пандора положила руку на экран, желание прикоснуться к сестре было настолько сильным, что она не могла сопротивляться.

— Я сказала тебе быть храброй. Я сказала, что это твой мир, и ты единственная, кто может его построить.

Ее сестра кивнула, и эти слова словно застыли в повисшей между ними тишине.

— Создай свой мир, Пайпер. Настолько прочный, чтобы уже никто не смог его разрушить. И я буду рядом, несмотря ни на что.

— Я люблю тебя.

Ее сестра превратилась в сильную женщину. Одну вещь Пайпер сделала правильно."

"— И я тебя. Позвони мне позже. И, если можешь, позаботься о том, чтобы вездесущие камеры запечатлели побольше откровенных снимков этих лакомых парней.

Минди усмехнулась, протянула руку, и связь оборвалась.

Пайпер закрыла крышку ноутбука, но слова сестры осели в ее сознании. Построить свой мир. Было глупо говорить это. Она изо всех сил старалась найти слова в тот день, чтобы придать сил Минди, но они подтвердилась.

— Мисс Глен?

Пайпер испуганно обернулась на звук глубокого голоса, нарушившего тишину.

В дверях стоял мужчина.

Политик.

— Да?

Он слегка поклонился.

— Я являюсь членом парламента и представляю один из западных округов. Я хотел поприветствовать вас. На самом деле, я только что покинул  здание парламента. У нас было срочное заседание, посвященное обсуждению нового статуса шейха.

Наложница поднялась, мечтая о том, чтобы ее слез не было заметно.