Идентификация Борна

— На поиски тканей по Средиземноморью? — перебил его Джейсон. — Ей велели так сказать тебе. Разговаривала она нормально?

Де Анжу помолчал, но затем все же проговорил:

— Она была испугана, и никто лучше тебя этого не знает. Ты проделал тут потрясающую работу, Дельта. Или Кейн… Или как тебя еще звать. Конечно, она была не в себе, поэтому и уехала на некоторое время.

— Вот поэтому она и мертва. Ты следующий на очереди. За ней следили все время, и за тобой следят также. В любой момент времени ты под колпаком.

"— Если это и так, то лишь для моей защиты.

— Тогда почему убили Лавьер?

— Я не верю в это!

— Она могла пойти на самоубийство?

— Никогда в жизни!

— Тогда позвони настоятелю церкви Святого Причастия и спроси про женщину, которая убила себя на исповеди. Что ты теряешь? Я перезвоню тебе чуть позже.

Борн повесил трубку и вышел из будки. Потом он остановился на обочине, высматривая такси. Следующий звонок должен быть сделан как минимум через десять кварталов. Человека из «Медузы» нельзя было провести очень легко, и Борн не желал рисковать, оставаясь на месте, пока электронные поисковые устройства могли обнаружить место, откуда был сделан звонок.

«Дельта? Я думаю, что узнал бы твой голос где угодно…»

Возможно, этот человек, может быть, даст правильный ответ.

«Теперь мы работаем на разных хозяев».

Это был ключ.

«Скажи мне! Кто твой хозяин, де Анжу?»

Когда свободное такси нашлось, Джейсон добрался на нем почти до Сен-Оноре. Ему необходимо было быть, как можно ближе к тому месту, чтобы реализовать стратегию, которая мгновенно созрела в его извилинах.

Улицы были заполнены людьми, спешащими по своим делам, движение было обычным. На углу Борн заметил телефонную кабинку и вышел из такси.

— Де Анжу?

— Женщина покончила жизнь самоубийством во время исповеди. Вот и все, что я выяснил.

— Продолжай, можешь на этом не успокаиваться.

— Дай мне время, чтобы переключить линию. — Через 40 секунд де Анжу вновь возник на линии. — Женщина, прилично одетая и с сумкой от Сен-Лорана. Я могу описать десять тысяч таких женщин в одном только Париже.