Я тебя накажу

Но от его слов стало жутко и я, глубоко вдохнув резко раскрываю глаза.

Моментально встречаюсь с его колким, холодным и пробирающим до костей взглядом, а после его жуткая усмешка на губах говорит мне о том, что я зря, очень зря так поступила.

— Хорошая девочка, — рычит Глеб и снова начинает идти. Внутри все сжимается до такой степени, что мне сложно вдохнуть.

Когда мы доходим до машины меня резко и неожиданно сбрасывают на землю. Хорошо, что я хоть смогла сгруппироваться и хоть как-то более-менее приземлиться.

— Ты… ты…

Цежу сквозь стиснутые зубы, но не успеваю договорить, потому что Чернов, распахнув дверцы машины хватает меня за шкирку и забрасывает на заднее сидение как нашкодившего котенка.

— Подумай хорошенько перед тем, как раскрыть свой рот, я не в самом лучшем настроении, девочка.

И тут же опускается на сидение рядом со мной. Он что… что будет ехать здесь? Серьезно?

— Трогай.

Отдает приказ водителю, которого я даже не заметила, потому что все моё внимание сосредоточено на злющем Глебе.

Тот срывается с места как сумасшедший и я не удержав равновесия падаю прямо на Чернова.

— Нажралась так, что уже и сидеть не можешь?!

А со мной происходит что-то странное. Его близость настолько затуманивает рассудок, что я вместо того, чтобы подняться, просто провожу пальчиками по его рукам.

Раз он считает, что я так пьяна. Что не могу даже сидеть на месте, тогда нужно сделать так, чтобы он реально в этом убедился.

— Такие сильные руки…

Шепчу и подняв голову чуть вверх мило улыбаюсь и заглядываю в его ошарашенные глаза.

***Насколько хорошо был продуман мой план? Да фиг там я его продумывала! В моей голове, итак, постоянно странные тараканы обитают, а теперь, когда я немного их напоила они там вообще с ума посходили!

Ладно бы это все сумасшествие было бы продуманной акцией, но нет же! У меня не было даже плана! Прикоснувшись к Чернову, я сама офигела больше него.

Это еще что за срань такая?

— Совсем мозгов нет?! — а Глеб то быстрее меня из шокового состояния вышел.

Чернов хватает меня за запястья и больно сжимает их своими пальцами. Так больно, что я даже вскрикиваю.

— Больно! Слышишь, придурок? Мне больно! — рычу и пытаюсь вырваться из его захвата от чего становится только больнее.