Я тебя накажу

Не понимала, что творилось у него на душе и от этого мне было просто невообразимо страшно.

С того дня, как я ворвалась к нему в кабинет, мы не разговаривали. Мы не выяснили многое и, в том числе, не прояснили причину моего настолько импульсивного поступка.

— Ты не понимаешь? — впервые за долго время он показал какие-то эмоции. На лице возникло недоумение, — ты сейчас на полном серьезе задаешь этот вопрос?

— Д-да…, - неловко попятилась назад, инстинктивно чувствуя опасность.

Но от хищника сколько не отходи, он все равно настигнет.

— Ты! — он ткнул в меня пальцем, — опозорила меня, прославив на всю страну. Ты! Разрушила мою спокойную жизнь. О тебе и мне пиздит каждая дворовая собака, а шакалы уже пасутся у моих дверей… и ты все еще не понимаешь, что произошло?!

— О спокойной жизни говоришь… имеешь в виду личную? — меня вдруг пробила нежелательная и горькая догадка.

— Что? — отмахнулся словно не понимая, но потом быстро поправил себя, — я говорю о своей жизни в целом. Личная тоже к этому относится.

— Ты так говоришь, что лучше бы меня в ней не было…

— Лучше бы тебя в ней действительно не было. Ни в личной моей жизни, ни в общей. Лучше бы я держался от тебя подальше и тогда бы ты все так не усложнила. Не испортила…

— А что я испортила? — судя по всему, он говорил о том, как ему пришлось объясняться со Светланой…

— Все, — одно короткое слово прозвучало как приговор, — ты не понимаешь, что ты разрушаешь все, что случается на твоем пути?!

— Не только разрушаю, но и создаю, — кинулась на него в ответ.

— Создаешь что? Одни проблемы! — сам задал вопрос и сам на него ответил.

— Даже если и так. Даже если мы говорим о том, что произошло не так давно… разве это проблема? — для меня она таковой не являлась, потому что я считала, что мы вместе. Я считала нас парой.

— Это не просто проблема, — голос Глеба прозвучал предостерегающе, — ты просто не представляешь, чего это мне будет стоить…

— А мне? Нам? — я словно инстинктивно стала подбирать другие местоимения вместо привычных, — то, что мы вместе, все равно рано или поздно бы узнали.

— Нет. Не узнали бы, — подумав, проговорил он.

Мне стоило его не только слушать, но и слышать. Но тогда мне казалось, что я могла еще все исправить, что я действительно могла что-то изменить.