Я тебя накажу

А мне нужно было попасть к нему в офис.

То, что водитель меня не заметил, было просто удачей. И я, воодушевившись этим, рассчитывала, что и дальше мне будет фартить.

В принципе, Светочка правильно предугадала мою реакцию. Мои нервы сдали еще при ней. И поэтому я все это время наяривала Чернову на телефон, желая… нет, даже требуя получить ответ на все происходящее.

Остановилась какая-то невзрачная легковушка и парень согласился меня отвезти по нужному адресу за тройной тариф такси. Видимо понял и воспользовался моим состоянием, понаглей!

Не удивительно, что мужчина трубку не брал.

Но только что, если это все было правдой. Если Глеб просто развлекался со мной перед тем, как заделаться примерным семьянином.

И по работе он туда поехал не работать, а со своей бабенкой развлекаться, разгуливая по разным мероприятиям… Это все же подтверждали сделанные фотографии.

Если бы это было неправдой, то его Светочка не приперлась бы на встречу со мной. А так она еще и справку показала, заверенную печатями. Говорила так, словно была уверена в себе, своих словах и… Глебе.

Мне стало больно на каком-то молекулярном уровне. Внутри кололо так, словно в тело впивались тысячи иголок.

Хотелось кричать, орать, выть от раздирающей меня боли. Хотелось сделать больно кому-то еще. Но больше всего я хотела увидеть его.

Если он боялся моей реакции, то только что делал себе хуже. Я была вне себя. Еле сдерживалась. Плохо контролировала.

На столько не понимала, что происходит и не отдавала себе отчета в собственных действиях, что даже не запомнила и не поняла, как оказалась в офисном здании. Как миновала пост охраны, который пытался меня остановить. Как поднялась на нужный этаж…

Все это шло в моем сознании размытыми пятнами.

Мне было плевать на все. Мне было больно. Невыносимо больно. Так, как бывает, когда испытываешь предательство со стороны близкого человека. Как нож в спину.

— Куда ты? — на встречу мне из-за стола выбежала Мила. Секретарша Чернова, — Алиса, тебе туда нельзя!

Девушка вмиг оценила ситуацию, как и то, что я была настроена воинственно. Она говорила так испуганно, что мне на миг стало смешно.