Я тебя накажу

Дыхание сбивалось, а тело вообще начинало гореть так, как будто я находилась под палящим солнцем.

— Значит жив и здоров? — подойдя ближе я сложила руки на груди, и вздернув вопросительно бровки посмотрела в его глаза.

— А ты я смотрю — переживала? — прищурив глаза мужчина оттолкнулся от машины и сделал шаг ко мне.

Шах и мат. Я бы это назвала так. Потому что, когда он находился настолько близко вся моя решительность пропала. Весь настрой и слова, которые я ему хотела бросить в лицо забылись.

Его аромат резко ударил в ноздри.

— Ага, ночи не спала, все морги обзвонила, — скривив губы в усмешке я все-таки попыталась взять себя в руки. Хватит превращаться в непонятно что в его присутствии.

— Зря потратила время, хотя… Бесполезные занятия — твоё хобби, — сволочь! Какая же он сволочь!

Чтобы я не сказала, как бы не съязвила, меня все равно обыграют.

— Ну сидя взаперти не особо то и большой выбор занятий, — давлю в себе волну бунта. Мило улыбаюсь и прохожусь руками по юбке, которая обтягивает мои бедра как вторая кожа.

Она похожа именно на ту юбку в которой он чуть не разложил меня на кухонном столе. Он ведь не мог этого не заметить? Правда?

Моё желание узнать цель его приезда намного сильнее, чем желание довести его до инфаркта.

А вот спугнуть мужика пока что не хочется.

— Предлагаю обсудить условия условно-досрочного освобождения, — прохожусь языком по пересохшим губам и моментально замечаю, как вспыхивают его глаза.

— Уверена, что получится что-то выторговать? — уголки его губ подрагивают, я уверена, что он хочет усмехнуться. Но это непозволительная роскошь и мужчина, сделав над собой усилие снова становится серьезным.

***Я не могу передать скольких усилий мне стоило вести себя прилично в его машине.

Вопросы о том, где и с кем он провел все эти дни так и крутились на моем языке.

Но я все-таки заставила себя сдержаться. Он приехал. Сам приехал. Предложил вместе пообедать. И даже сдержался от грубых подъебов в мой адрес. Допустим я оценила его старания.