Я ненавижу тебя! 1 и 2 книги

Сколько лет он его знает, и видит впервые такую реакцию на какую-то обычную телку…

Причем они оба напрягали Германа одинаково, как сама Мирова, так и ее муж – гребаный ублюдок, из-за которого, у него очень сильно пострадала репутация.

Этот неудачник…. Герман сжал руль руками, и скрипнул зубами…. Как он мог его так бездарно прощелкать!? И самое отвратное, что Влад не позволил поработать с ним. Уж «Рысач» вытряс бы из него душу, не зря Герман держал этого парня у себя, он, конечно, был слегка звездонутым, но на его работу это никак не влияло.

Но Лисовский, как назло не дал добро.

«Просрал, значит просрал – твоя вина, свободен!» – отчеканил ему Влад, ледяным тоном, когда Герман в который раз предлагал ему поработать с Мировым.

Давно Герман не ощущал себя таким… профаном….

А по самой Мировой он вообще так ничего и не нарыл…. Какие, только контакты он уже не перетряс… и абсолютная тишина.

Словно она до тринадцати лет и не жила вовсе…. Как и ее родители. Появилась из неоткуда в городе Новосибирске целая семья.

Герман даже уже отправил людей в Новосибирск, может быть, они что-то на месте выяснят, аккуратненько? И Влад, как назло вообще не желает больше на контакт идти. Это очень хреново…

Герман щелкнул зажигалкой и, затянувшись, откинулся на спинку сиденья."

"Теперь из-за этой семейки, Лисовский ему не доверяет. Парни доложили, что за ними постоянно хвост катается, но когда Владу сказали, то тот вообще даже не напрягся.

Герман почувствовал, как завибрировал телефон, это было очередное сообщение от «своих парней».

«Он ее, похоже, насиловать начал, или… короче не понятно, она сначала „нет“ кричала, потом вообще резко замолчала…»

«Убил что ли?» – подумал Герман, и телефон в его руках зазвонил – это был Влад.

– Слушаю, – мгновенно ответил Герман.

– Вызывай Гурова, срочно! – зарычал в трубку Влад.

– Сейчас будет, но я могу первую помощь оказать, курсы проходил, мне подойти глянуть?

– Она в отключке, и я ей уже и нашатырь под нос совал, а она не реагирует, и губы побелели, – затараторил Влад.

А Герман даже удивился, он впервые слышал такие панические нотки в голосе Лисовского.