Я ненавижу тебя! 1 и 2 книги

– Так это вы мне позвонили? – с удивлением спросила Геля, но увидев, испуганный взгляд девушки, которая побледнела и покосилась на дверь, явно боясь, мужчины, тут же нахмурилась и, прокашлявшись, громче добавила: – Так я спрашиваю, Маш, ты мне, почему не звонила? А!?

Маша устало вздохнула и опустила взгляд на Лену, жавшуюся к ее ногам.

– Солнышко пойдем, соберем твои вещи, хорошо? – спросила она, а затем перевела взгляд на Гелю, – Гель, пойдем, поможешь нам собраться, а?

– Я тут подожду, – пискнула девушка тоненьким голосочком.

На что Геля лишь покачала головой, и глубоко вздохнув пошла в комнату.

***

– Я ничего не понимаю, Маш, – прошептала она, передавая Лене учебники и тетрадки, чтобы та укладывала их в рюкзак, – что происходит, ты мне объяснишь?

– Я не могу ничего пока рассказать, Гель, – грустно улыбнулась, Маша, – но могу лишь сказать одно, я Лену увожу к родителям в Новосибирск, а сама, – Маша замолчала на мгновение и опустила взгляд на Лену, жадно слушавшую их перешептывания и, сглотнув, продолжила: – сама пока останусь здесь, у меня есть шанс вытащить Сережку.

Геля сразу поняла, что при дочери Маша ничего не скажет и, повернувшись к Инге тихо сидящей на диване и тоже с любопытством прислушивающейся к разговору взрослых, сказала:

– Доча, возьми Лену, и идите на кухню попейте быстренько чаю, перед дорогой.

У Инги тут же загорелись глаза.

– А те «пироженки» с ангелочками можно съесть, маааам? – последнее слово она, как обычно растянула, стараясь вложить в него как можно больше умоляющих ноток."

"Геля мысленно выругалась, она вообще уже давно забыла, про эти чертовы пирожные, а Инга уже в холодильник слазила, и все углы просмотрела.

– Можно, маленькая вымогательница! – сквозь зубы процедила она, и девочки с криками «Ура!» наперегонки рванули из комнаты.

А Геля подошла и, прикрыв за ними дверь, развернулась, уперла руки в бока, и злым взглядом уставилась на Машу.

– Значит так, подруга, – прошипела она, потому, что громко говорить было нельзя, вот и приходилось шипеть, как разъяренной кошке – тихо, но очень грозно.