Я на тебе (не) женюсь

Ты на меня орешь. Ты ревнуешь на пустом месте, не доверяешь. Ты! Ты! Ты! Не Кулаков!

Выкрикнув последние слова, Эва бросила в него злющий взгляд и выскочила из машины.

* * *Артур очень хотел побежать за ней следом, как-то объясниться, сгладить ситуацию. Но понимал, что все, чего добьется, – это того, что Эва в очередной раз его пошлет.

Что бы он ни сказал или ни сделал, она все принимала в штыки.

Но как бы ни было неприятно, она ведь во многом права. Артур и вправду натворил дел… Только не знал, как это исправить.

Артур застыл, уперев руки в руль. Ничего перед собой не видел, без конца прокручивал в голове слова Эвы.

Он даже не заметил, как возле его джипа остановился другой. Не увидел, как внушительная фигура брата приблизилась к его машине. Очнулся лишь, когда Баграт постучал в окно, а потом забрался на пассажирское сиденье.

– Что такой смурной? – спросил он.

– Баграт, что мне делать? – спросил Артур сдавленным голосом. – Я к ней по-всякому подходил, она слушать не хочет…

– Что случилось? – спросил он.

И Артур выложил ему все про утренний разговор с Эвой. Ничего не утаил, даже свой глупый ревнивый выпад.

– Может, тебе строит на какое-то время отступить? – пожал плечами Баграт. – Дай ей выдохнуть. Пусть побудет одна, отойдет, соскучится. Там, глядишь, помиритесь. Она же любит тебя, иначе разве злилась бы так? Неделя-две максимум, и вернется к тебе твоя Эва.

Глава 48. Месяц спустя

Артур уже битый час пялился на фото собственной дочки, что теперь поселилось в его телефоне.

Конечно, пока что это было всего лишь фото УЗИ, сделанного сегодня Эве. Но отчего-то эти серые пятна на черном фоне казались ему самыми прекрасными пятнами в мире. Вот головка, вот ручки, которые малышка приблизила к подбородку, вот овал тельца, ноги – считай, полноценный человек, пусть пока еще не рожденный.

Лица, естественно, не видно, лишь плохо очерченный профиль.

Артур вроде бы хотел мальчика, а как узнал, что девчонка, сердце аж зашлось в приступе неконтролируемой любви, до сих пор не успокоилось.

Он ласкал пальцами экран мобильного, проводил ими по изображению головы девочки, ее рук. Как бы ему хотелось назвать ее Кариной, в честь матери. Вот только согласится ли Эва? Ох, не в тех они отношениях, чтобы он мог просить ее о таком.