Я на тебе (не) женюсь

И Эва не у отца, – сказала она успокаивающим тоном.

Тем самым подтвердила его догадку о том, что знала, где искать Эву.

– Так ты знаешь, где она, – возмутился Артур.

– Знаю, – не стала упираться Милана. – Но тебе не скажу, Эва так просила. Захочет сама позвонит тебе и скажет. Или ты позвони, если не гордый…

– Знаешь, сколько раз я ей позвонил за последний час? – взвился Артур.

Достал из кармана телефон, чтобы показать Милане эту страшную цифру. И тут увидел, что сообщения, которые он отправлял Эве, прочитаны.

Артур не верящим взглядом уставился на синие галочки под сообщениями. Что ж, если она читает – уже проще.

Не теряя ни секунды, он написал ей: «Если немедленно мне не позвонишь, я подниму на уши всю полицию Анапы, но тебя найду!»

Увидел, что Эва прочитала и это сообщение.

Он ждал.

Пять секунд.

Десять.

Пятнадцать…

А потом не выдержал, позвонил сам.

В трубке раздалось такое долгожданное:

– Алло…

Артура словно током прошибло, когда услышал голос Эвы через динамик телефона.

Он даже на какое-то время потерял дар речи, настолько был рад наконец ее услышать.

Первое, что вырвалось из его рта:

– Эвочка, с тобой все в порядке?

– Да, все в порядке, – ответила она сухо.

Но Артур ее сухого тона даже не заметил, тут же спросил дрожащим голосом:

– А с ребенком все хорошо? Тонуса нет?

– Все нормально, – ответила она отрешенно.

Артур выдохнул. Ну хоть с этим все ладно.

Успокоившись по поводу ее самочувствия, он зашагал в прихожую, нащупывая в кармане ключ от машины.

– Где ты? Быстро говори адрес, я сейчас приеду и немедленно тебя заберу.

– Не надо никуда меня забирать, я с тобой не поеду, – тут же возмутилась она.

Чем очень его задела.

– Еще как поедешь! – зарычал он в трубку. – Как миленькая поедешь! Адрес, Эва!

Миндальничать с ней теперь у него не было никаких душевных сил. Он все их истратил за этот бесконечный вечер. Чего стоил один только вид пустых полок в шкафу, треклятая записка на салфетке.

И тут она на него закричала:

– Считай, лишился личной шлюхи! Никуда ты меня не заберешь, ясно?

Слово «шлюха» резануло его слух. Но еще больше резануло, каким тоном она с ним говорила. Впервые повысила голос!

Так он и знал… Эва обиделась на слово, вырванное из контекста, и теперь вовсю дула губы."

"– Зачем ты себя так ведешь? – начал он, как ему казалось, очень дипломатично.