И киллеру за державу обидно

Ей приходилось преодолевать напряженную атмосферу в семье с раннего детства, объясняемую отсутствием любви друг к другу родителей, как она скажет потом: «Они любили каждый свое, но не друг друга». Такой пример пагубен для любого ребенка, поскольку выплескивается на его детскую психику негативными эмоциями взрослых, не умеющих уважать друг друга или своим примером показывать семейную идиллию. Она так и не научилась любить, зато страсть к мужу полностью охватила ее до конца жизни.

Политотдел советской армии не позволял в те годы запачкать коммунисту-офицеру, тем более такому известному и видному в спорте, свою репутацию, хотя бы внешне недостойным поведением в семье, а потому о разводе не могло быть и речи.

Отец любил женщин, считал себя имеющим на это право, мать, сходящая с ума от ревности, караулила измены, воевала с поклонницами, существующими без счета, но винила во всем кого угодно, только не его и не себя. Здесь под горячую руку и попадала старшая дочь, которая, возмужав, посчитала себя вправе повторять поступки отца, делая это скорее автоматически, чем компенсировала внимание к себе, имея в этом еще детский недостаток — взрослые часто ищут то, что хотели бы иметь в юные годы, она же обретала это раньше принятого, с нравственной точки зрения.

Родители Юрия Борисовича не признали полностью приятную и поначалу скромную девушку из Нижнего Новгорода, в отличие от внучек, в которых души не чаяли. Это тоже отразилось в воспитании, хотя и не озвучивалось прилюдно, а потому синяки, покрывавшие тело юной многообещающей спортсменки появлялись не только от теннисного мяча.

Отец, почти деспот, поступавший всегда следуя своему мнению, считая его единственно верным, никогда не давая поблажек в спорте ни себе, ни своим подопечным, эту же тактику воплощал и дома.

Большой спорт — это почти всегда жесткая диктатура наставника, где никто не собирается даже попытаться понять растущего спортсмена, а потому насилие над человеческими возможностями, а часто и над личностью — норма.

Муж Надежды также не был паинькой, впрочем, и она была под стать, скорее всего, их общение было сродни состоянию скопления электрических разрядов в предгрозовой вечер. Их отношения, всегда находящиеся на грани возможного, скорее были страстью людей, не всегда умеющих контролировать себя.