Я! Еду! Домой! Те, кто выжил

Действительно, особняков опустевших вокруг сотни: куда ни дернись — обязательно в новый коттеджный поселок угодишь. И кстати, не так уж это и хорошо, пожалуй: там легко и запросто может организовать себе базу кто угодно, кто-нибудь совсем не нужный в этих краях. Может, мы зря вот так, втроем, поехали? Хотя Игорю виднее — он здесь местный, не я. Я, кстати, через половину мира проехал не более чем втроем… Только вот все же заканчивать дорогу одному пришлось. Об этом следует помнить. Всегда помнить.

Мертвяки на дороге попадались, но немного, какие-то заблудшие и потерянные.

По правую руку оставили Дедовск, затем проскочили мимо Снегирей, а вскоре Игорь сказал:

— Налево на перекрестке — и во-он туда, видишь… право двадцать, забор такой длинный, с колючкой…

— Вижу, — кивнул Санек, заправляя машину в поворот.

— Вот туда и рули, приехали, считай.

Уазик перевалил через слегка торчащую из асфальта бетонную трубу, через которую проходила канава, и остановился у добротных железных ворот, какие разве что танком выбивать надо. Добротный бетонный забор, по всему верху обмотанный «егозой» в щедром количестве, за забором видны крыши длинных одноэтажных зданий. Мертвяков вокруг не было, если о ходячих говорить, а вот три или четыре трупа на дороге валялись.

У ворот висел звонок, так что все культурно.

Вскоре над воротами показалась бородатая физиономия в больших очках. Под ней наблюдалась брезентовая штормовка, на сгибе руки вполне уверенно лежал АКМ.

— Здоров, мужики! — сразу поприветствовал его Игорь. — Мы из Нахабина, соседи, поговорить надо.

— Поговорить? — чуть разочарованно протянул бородач. — Или «козла» до ума довести?

— Пока поговорить, а там видно будет, — подтвердил я наши намерения, тоже выбравшись из машины.

— Ну заходите, коли так, — вздохнул тот.

Ворота вдруг вздрогнули и начали неторопливо открываться внутрь. Было слышно, как где-то неподалеку работает генератор. Санек заехал во двор, ну а мы пешком зашли следом.

Большой двор, два здания буквой «Г».