Я! Еду! Домой! Те, кто выжил

Кстати, ничего особенного собой дача не представляла, разве что удивляла тогда меня, сына военного, наличием самого настоящего туалета с ванной вместо будочки во дворе и душа из бочки, в которой вода нагревается солнцем. А жили они все четверо в самой обычной трехкомнатной квартире, в доме со страшно громыхавшим лифтом, даром что большие начальники. Миллионов на своем рабочем месте Кудрявцев-старший не скопил, и даже самых обычных «жигулей» у него не было.

— В общем, братец там построился, — продолжал он. — Мы все к нему, а он уже на дыбы встал.

Это да, легко верится.

— И что?

— Не поверишь — в мэрию поперли, вроде как кипеш поднимать, — засмеялся Серж. — Дошло до того, что моих же туда вызвали — нас выдворять. Выдворять не стали, но в ГУВД разлад пошел, чуть не до бунта. Чего Олег и добивался, если честно. Личному составу ни черта толком не доводят, требуют успехов, прокурорских вдруг поналезло за законностью следить, а попутно все требуют себе охрану и немедленную эвакуацию — бардак, в общем… еще налить?

Он приподнял термос с чаем и поболтал его.

— Давай, чай пить — не дрова рубить, — согласился я, подставляя кружку ближе.

— А тут братан мой, чуть не на боевом коне и призывает всех в ружье и к бою, — продолжил Серж. — Рожа его всем знакома, так что какой-то народ сразу переметнулся. Ну и я поспособствовал. Припер мэр — его просто послали, он в истерику — не сработало, даже свои от него шарахнулись.

— А дальше чего?

— В общем, дошло до Макса. — Серж набулькал в кружку несколько кусков сахара, начал их энергично размешивать. — И у него командир в отказе что-то делать, он уже от Бурко приказы получает, остальное начальство кто где, в общем, он власть узурпировал. Они, оказывается, вась-вась были, и Лигачев… начальника так фамилия, уже весь фсиновский ресурс под Бурка погнал, прикинь?

— А Макс сейчас кто?

— Да вроде главного по производству, поэтому и деловой такой, что спасу нет, — засмеялся Серж.

— И как с эвакуацией?

— Ну как, — задумался Серж. — В городе уже конкретная задница была, день промедлить — никто бы не ушел. День до этого уже прощелкали со всеми разборками и сиденьем на заднице по командам московским.