Грешник (ЛП)

 — Этот кусок дерьма не заслуживает ни твоей жалости, ни твоего прощения.

Я качаю головой, быстро пытаясь ослабить его хватку, но Син только крепче сжимает ее, заставляя смотреть в темный потолок. Я начинаю давиться слюной, которая подкатывает к горлу.

— Я следил за ним, — продолжает Син, как будто я тут не задыхаюсь. — Ты не единственная студентка, в которую он засовывал свой член.

Как он узнал, что я спала с профессором? То есть, он должен был узнать об этом еще до того, как я зачитала свой дневник сегодня на уроке.

Син продолжает.

— Некоторые даже несовершеннолетние. У него были видео и фотографии, подтверждающие это.

При этих словах мое тело напрягается, дыхание полностью останавливается.

Син грубо смеется, звук эхом разносится по комнате, заставляя волосы на моем затылке встать дыбом.

— Верно, маленький демон. У него длинный список девушек, готовых для него раздеться.

От того, как он сказал «девушек», у меня сжимается в груди и поднимается желчь.

— Он будет висеть здесь, пока не умрет, — добавляет Син. — Я позаботился о том, чтобы не порезать его слишком глубоко и не задеть какие-либо важные органы. Смерть от кровотечения может занять несколько часов. Иногда несколько дней, если не повезет.

Он меня отпускает, и я опускаю голову, моя шея теперь болит так же сильно, как и рот.

Син протягивает руку своему другу, и в ней оказывается мой дневник.

— У нас будет занятие, — говорит Син и, схватив меня за плечи, усаживает на стул. Сквозь тонкий плащ мою задницу и бедра холодит металл. — Ты поделилась своими фантазиями, маленький демон. Теперь позволь мне поделиться своими.

Облизывая кончики пальцев, он начинает перелистывать страницы, пока не находит то, что ищет.

— Представь, что ты привязана к кровати в подвале.

Я напрягаюсь, не в силах оторвать взгляд от Сина.

— Просто лежишь там, готовая к тому, чтобы тебя трахнули. Чтобы тобой воспользовались по полной программе. Я нежно провожу рукой по твоему бедру, и ты ерзаешь на кровати, умоляя меня трахнуть твою мокрую пизду.

Мой пульс начинает бешено биться. «Почему это так знакомо?»

Син закрывает дневник и бросает его на пол, больше не интересуясь им.