Фронтовик стреляет наповал

Состояние удовлетворительное.

– Он вчера просил выяснить кое-что.

– Я в курсе, вместе над делом работаем. Думаю – по Шизо?

– Верно. Проходил четыре года назад по делу блатной с такой кличкой. Настоящая фамилия Бандурин, восемнадцатого года рождения, уроженец Иркутска. Девять ходок, должен освободиться месяц назад.

– Фото в деле есть?

– Обязательно! И особые приметы.

– Слово «мир» и колокола? Я угадал?

– Точно.

– Можно подъехать?

– До конца дня в Главк, комната четыреста восемнадцать. Я пока фотокопию закажу.

– Обязательно буду.

Андрей сорвался на железнодорожный вокзал. Можно было ехать на мотоцикле, все равно хозяин его в больнице. Но по зимнему времени года такая поездка не прельщала. В электричке теплее.

И вот уже Москва, до Главка добирался на трамвае. Постовой на входе проверил удостоверение.

– Проходите.

Четвертый этаж, серьезная дубовая дверь. Андрей постучался, получив ответ, вошел, представился.

– Документы можно посмотреть?

– Конечно.

После проверки полковник удостоверение вернул, подтолкнул по столу архивное уголовное дело.

– В свое время я его с оперативниками задерживал. Ублюдок, каких мало. Руки по локоть в крови. Ничего святого. Держи фото.

Как только Андрей взял в руки фотографии, сразу расписного узнал. Конечно, на фото из дела он помоложе, морщин поменьше. Но глаза такие же – настороженные. Он! Вне всяких сомнений.

– Спасибо. Можно дело пролистать?

– Даже нужно. Он банду сколотил из сопляков, кто зоны не нюхал. Сам обучил азам. А потом их руками жар загребал.

– У нас в Балашихе объявился. Сразу три кражи из продмагов. Засаду на него устроили. Как-то вычислил нас, огонь открыл. Водителя убил, Феклистова в руку ранил. Ответным огнем один сообщник убит, второй в ногу ранен. Сейчас в больнице, пытался допрашивать, в молчанку играет. А самому ускользнуть удалось.

Андрей углубился в чтение. Уголовное дело толстое, но читал он не все страницы, только фабулу уловить. Действительно, почерк похож.