Фронтовик стреляет наповал

 – При попытке бегства стрелять на поражение!

Это уже для Лотошина, чтобы не вздумал повторить попытку скрыться. Факт, свидетельствующий против Лотошина. Честному человеку зачем бежать? Вдвоем с Николаем переложили все поленья. И ничего. Николай с досады закурил. Если универмаг обчистил Лотошин, украденное он мог спрятать не в квартире или сарае, а у подруги или у знакомых. Андрей посмотрел на кучу угля в углу. Под ней мог вполне поместиться небольшой чемоданчик. Взялся разгребать совком, что рядом стоял. Руки замерзли, покрылись угольной пылью.

– Ты полегче, Андрей. Не кидай так. А то оба как кочегары будем.

Когда показалась ручка, Андрей ухватился, вытащил чемодан. У самого руки тряслись, пока чемодан на поленницу положил. Замки на ключ заперты не были, откинулись сразу. Андрей секунду помедлил, Николай поторопил:

– Ну, не тяни кота за хвост.

Андрей откинул крышку. Ровными рядами лежали пачки денег. А сверху на них – резиновые перчатки и фонендоскоп, как у врача. У обоих от сердца отлегло. Вышли все-таки на шнифера. И не подумаешь ведь!

– Сержант, ищи понятых, – бросил Николай.

И к Лотошину.

– Деньги огромные украл, зачем тебе еще пальто было брать?

– Старое не грело, – обреченно ответил хоровик.

– Зэки на зоне у тебя его быстро заберут. Но это уже твое дело.

А дальше – понятые, протокол изъятия.

– Зачем грязь на мой стол? – вскочил капитан.

Николай молча крышку откинул. Щеглов так и застыл. Потом руки потер.

– Молодцы! За сутки преступление раскрыли! Можно в область рапортовать.

Оперативники к дверям повернулись. Устали, замерзли.

– Стойте! Уберите чемодан! Куда я с такими деньжищами?

– А нам куда? Ночевать рядом с ними?

– Пересчитаны?

– При понятых, протокол по всей форме составили.

– Тогда телефонируйте в универмаг. Пусть забирают под расписку.

– Андрей, я фонендоскоп заберу и перчатки. Ты – чемодан.

Зашли в свой кабинет. Николай куртку снял, тряхнул, пыль угольная полетела.

– Пошли в коридор, почистимся. И руки попробуем отмыть.

Директор универмага прибыл не один, с главбухом и в сопровождении двух женщин-инкассаторов.