Френдзона: Выход

Но был все детство истязаем матушкой посредством ТЮЗа. И этот спектакль она мне присоветовала. Ну, ты будешь переодеваться? Время идет!

Марфа закатила глаза.

— Ну тогда — кыш!

— Пойду пока кофе с бутербродом сделаю, — Рома взялся на ручку двери. — Если надо будет замок на спинке помочь застегнуть — зови.

Марфа еще какое-то время молча смотрела на закрывшуюся дверь спальни. А потом со вздохом принялась разбирать пакет.

***Марфа и предположить не могла, что спустя всего два дня после выкидыша она будет смеяться.

Может быть, это веселье было нервное. Может быть даже, истерическое. А может быть, спектакль был и в самом деле смешной. Или во всем виноват бокал шампанского, который в театральном буфете буквально влил в нее Ромка.

***— Это хороший ресторан?

— Не знаю, — Марфа окинула беглым взглядом зал. — Я здесь раньше не была. Ты разве не почитал отзывы в интернете?

— Зачем мне отзывы, если рядом со мной сидит профессионал? — Роман аккуратно расправил на коленях салфетку.

 — Мне интересно твое мнение. Что скажешь?

Марфа обвела более долгим и внимательным взглядом зал. Проводила глазами одного официанта, второго. Полистала меню. Развернулась, что найти бар и проинспектировать его взглядом.

Потом снова развернулась к столу.

— Ну так как? — спросил Рома.

— В целом, неплохо. Но, знаешь, есть пара странностей.

— Каких?

***На обратной дороге они молчали. Но это было другое молчание. Не тягостное.

Наверное, даже уютное. Молчание после хорошо проведенного совместного вечера. Рома очень надеялся, что он не выдает желаемое за действительное. Но даже если сейчас это и так — он не свернет.

Так мы и будем проводить вечера, дорогая моя Мрысечка. Театры, кино, рестораны и даже, прости, господи, музеи и выставки. Когда ты немного окрепнешь, я отвезу тебя в аквапарк. В боулинг. На картинг. В зоопарк. Мы проедем все подмосковные усадьбы, куда открыт доступ.

Сидеть и киснуть я тебе не позволю. Еще бы с работой тебе что-нибудь придумать…

***— Дорогая, что у нас на ужин?

Марфа оторвалась от телефона.

— Пельмешки? — спросила неуверенно.

— Ну пельмешки — так пельмешки. Я варю пельмени, ты делаешь салат.

В те дни, когда они никуда не ездили, Рома исполнял культурную программу сам. Просто открывал рот и вываливал на Марфу все свои адвокатские новости за день. Лишь бы не молчать.