Физрук

— А подробнее?

— Ну-у… Лилия Игнатьевна заходила… Мамку устроила в милицию…

— Ого! — удивился я. — Круто!

— Ага…

Ну хоть с Зимиными все уладилось. В милиции она не побухает. По крайней мере — сейчас это не принято. Чувствуя воодушевление, я провел оставшиеся на сегодня уроки и отправился по делам. Первым делом решил заехать в комиссионный, узнать у Рудольфа, как обстоят дела с приставкой. Ведь в субботу у брата День Рождения! И я помчал к магазину. Я ворвался в него так, что продавцы и покупатели шарахнулись. Пришлось притормозить.

— Ну что, какие перспективы насчет игровой приставки? — спросил я его.

— На днях будут, — ответил он.

— А точнее?

— Самое позднее — в понедельник.

— Мне нужно в субботу утром.

— Для этого надо ехать в область.

— Съезди, Рудик, будь другом!

— Бензин… Расходы… — начал мяться торгаш.

— Совесть поимей! — сказал я ему. — Ты будешь иметь больше штуки за всю партию, за такие башли можно бы и пошевелиться.

— Ну ведь придется наликом заплатить…

— Без проблем!

Вынув из кармана кошелек, я отсчитал ему двадцать сотенных бумажек.

— Держи! Свою долю получишь, когда привезешь товар.

— Понял, шеф!

— И еще. Подбери мне к субботе телек, чтобы был с этой приставкой совместим. И привезешь мне все это послезавтра, часикам — к девяти утра. Понял?

— Будет сделано!

— Ну и отлично! Я побежал!

Покинув ошеломленного моей стремительностью Рудольфа, я помчался к Дорониным. Честно говоря, понятия не имел, что меня ожидает в этом семействе.

Табличка на воротах извещала, что во дворе обитает злая собака, но это можно было понять и по злобному бреху, который доносился из-за забора. Рядом с калиткой виднелась кнопка электрического звонка, спрятанная от атмосферных осадков под пластиковый козырек.

Наконец, лай прервался обиженным визгом, а потом в калитке заскрежетал ключ. В приоткрытой щели появился глаз. Женский, но не менее злобный, чем у напрасно обиженного пса.