Эпоха мёртвых. Прорыв

– Александр Владимирович, а если в уборную? – уточнил опер.

– В уборную сводите, а то от вони задохнется, – отмахнулся Бурко. – Но без меня с ним никаких действий. Как остальные?

– Показания запротоколированы, все забрал Александр Васильевич.

– Это хорошо.

Бурко не хотел, чтобы записи допросов мог посмотреть еще кто-то, кроме него самого. Поэтому требовал, чтобы оригиналы записи немедленно изымались. Что Пасечник и сделал.

– А сам он прибыл?

– Должен был, но сюда не заходил.

– Понял.

Бурко поднялся из подвала, поморщившись на яркий утренний свет, вышел из шумного строящегося здания.

Прямо к крыльцу приткнулся бронированный «Тигр» Салеева, возле которого стоял он сам вместе с Пасечником. Рядом с ними – заместитель Салеева, бывший наемник Баталов. Все поприветствовали Главного. Салеев вопросительно посмотрел на него.

– Марат, позже, – поморщился тот. – Все правда. Вечером к этому вернемся.

Пасечник достал из портфеля конверт с дисками, протянул Бурко:

– Александр Владимирович, здесь все.

Я сам не смотрел.

– Я понял, спасибо. Нам пора?

– Пора. Как раз только на дорогу время и осталось, если быть вежливыми, – улыбнулся тот.

– Тогда садимся, – кивнул Бурко и вдруг глянул на Салеева, резко остановившись: – Марат, а проедешься с нами? За водителя? Когда мы еще обговорить все успеем иначе?

– Точно! – согласился тот, как раз терявшийся в догадках. – Как раз и обсудим. Баталов, тут за меня остаешься, контачишь с Усимовым от «Пасеки». В случае чего сразу вызывай.

– Есть! – козырнул тот.

– Рябченко, давай в «кашээмку» перебирайся, только, чур, там водку не пить, башку оторву, – сказал Салеев своему водителю и пригласил остальных жестом: – Садимся.

«Выстрел» с охраной рванул первым, за ним сразу пристроился «Тигр» с руководством, его подпер сзади утыканный антеннами «Водник», а замкнул колонну еще один «Выстрел». И так поехали.

КПП № 4 на Тверской окружной автодороге

5 июня, воскресенье, утро

Еще около пяти утра к КПП, одному из самых оживленных на въезде в город, подъехали две машины с местными номерами – потрепанные «зилки» с термофургонами, переделанными в нечто вроде простенького передвижного укрепления.

На стеклах решетки из магазинных тележек наварены, в стенках кузовов пропилены узкие, вертикально вытянутые бойницы. С машинами ехали восемь разношерстно одетых, в основном в штормовки и джинсы, и столь же разношерстно вооруженных мужиков, кто с АКМ, кто с АКМС, все больше потертыми и побитыми.