Жених есть, совести - нет!

Есть ловушки, которые обычно отключены, но кто знает? Вдруг что-то сработает? Да и кинжал этот…

— Ты говорил, что это чья-то тупая шутка, — напомнила истинная.

— Может так, а может и нет.

Я взял многозначительную паузу в надежде, что Илиена проникнется, но леди, видимо, возомнила себя бессмертной. Более того, мне вдруг выкатили:

— Лекс, ты ведь знаешь какой у меня дар?

Разумеется мне сказали. Как и про то, что магия невесты не оправдала ожиданий.

— И как часто ты видишь будущее, Илиена?

— Уж что, а предупреждение о собственной смерти не пропущу, — буркнула она.

Отличная попытка. Но!

— Я не горю желанием проверять эту версию. В академии ты под моим присмотром и моей защитой. Поэтому…

— Я не ребёнок, Лекс! — воскликнула Илиена возмущённо.

Она остановилась, круто развернулась и ткнула в мою грудь пальцем. Хотелось сохранить серьёзность, но этот «аргумент» рассмешил.

А ещё, стоило заглянуть в глаза, как меня накрыла тугая, горячая волна. Сердце вдруг застучало быстрее, в теле появилось характерное напряжение.

Я её хотел. Это было отлично, если вспомнить, что мы вот-вот поженимся. И не очень хорошо, учитывая тот факт, что первая брачная ночь не прямо сейчас.

В горле пересохло, руки сами потянулись к тонкой талии. Раньше, чем Илиена успела мяукнуть, я прижал девушку к себе. Истинная упёрлась ладонями в мою грудь, и это сопротивление лишь усилило пожар.

Прекрасно понимая, что делаю, я наклонился и потянулся к губам.

— Лекс! — воинственно прошипела она."

"Илиена попыталась отпрянуть, но я был сильнее.

Разумеется, я мог запустить пальцы в её волосы, зафиксировать голову, но…

— А ну-ка отпусти! Ты что творишь? — вновь зашипел истинная.

Я мог ответить. Мог объяснить, что схожу с ума с того момента, как увидел её во дворе академии. Что у меня в глазах темнеет при одной только мысли о её губах. И что терпение — отнюдь не главная добродетель мужчин.

Ещё я мог напомнить, что мы всё равно поженимся. Раз так, то зачем медлить? Но я поступил умней…

Чуть ослабив хватку, я улыбнулся и произнёс:

— Ну что ты?

— Что я⁈

В мою ногу впечатался каблук — не больно, но неприятно.

А ещё тон этот рассерженный… Будто и не невеста вовсе, а так.

— Илиена… — я вложил в голос всё своё тепло. Точно знаю, что прозвучало обворожительно, но упрямица устояла.

— Пусти меня немедленно! — Снова шипение. — Пусти и больше так не делай!

И опять — я хотел поспорить. Убедить и объяснить.