Его маленький чертёнок

  Мы сошлись с отцом девушки на том, что ни при каких обстоятельствах я не должен увидеть его дочь рядом с моей Анфисой. Денис Валерьевич все понял, к сведению принял. Дочь свою обещал от сегодняшнего мероприятия держать подальше. Да и не только сегодняшнего.

А вот что касается разговора со своим отцом, тут возникли сложности. Он для меня все эти три дня был какой-то “неуловимой птицей”. Вечно занят, а то и вовсе недоступен. Если взять скидку на разницу во времени, часов, когда я мог бы ему набрать, оставалась и так не много, а с сего бешеным графиком получилось, что вообще ни черта их не оставалось! Как итог – поговорить не удалось.

“Свадьбы Сереги с Анфисой Граф не будет. Позвони, как сможешь”.

Ни ответа, ни привета. До сих пор.

– Демьян, привет.

В кабинет бывшего управляющего зашел Бурменцев.

– Доброе, Ром, – пожал протянутую другом руку. – Чего такой хмурый?

– Да что-то ребята у меня намудрили. Сорвался контракт.

– Отлично. А то я тут зашиваюсь. Еще не весь персонал укомплектован в новом отеле, а тут вон… в старом шапки послетали. Домой послезавтра возвращаться, а у меня отель без управляющего остался.

– Тогда я ему звоню?

– Звони.

Ромка кивнул, уже развернулся, собравшись выйти, когда неожиданно завис на пороге.

– Нагорный, слушай. Не сочти за наглость или самоуправство, но я тут попросил знакомых ребят на фирме Графа порыться в старых документах. Когда мы пересекались последний раз, Анфиса, конечно, еще пешком под стол ходила, и точно я сказать не могу, вообще она ли это была, но предчувствие какое-то дурацкое. Не могу объяснить.

Я оторвал взгляд от бумаг, поднимая его на друга. Даже и не думал, что он запомнил наш разговор в машине.

Хотя в этом весь Бурменцев. От того из него и друг такой настоящий получился. В любое время дня и ночи, как говорится. Если уж я кому мог бы и довериться в этой жизни, так ему.

– И что нашли?

– Пока ничего. Только сегодня с ними связался. Но просто предупреждаю, чтобы потом не было недоразумений, – поднял руки Ромыч, – не со зла. Просто не дает мне покоя фамилия матери твоей Анфисы.