Ее последний вздох

Например, он с гордостью утверждал, что видел все без исключения эпизоды сериалов «Сайнфелд» и «Веселая компания».

– А разве не все фильмы с Биллом Мюрреем – классика? – удивился Фац.

– Только не это, – сказала Трейси.

– Мюррей играет таксиста, – Кинс решил просветить Трейси. – В его жизни все идет прахом, и он решает завербоваться в армию. Одного из парней в его взводе играет Джон Кэнди[20]. Ты ведь знаешь, кто такой Кэнди, или нет?

– Кажется, он умер от ожирения?

– Господи, и почему мы с тобой напарники?

– Вот и я тоже удивляюсь.

– Кэнди объясняет, что курс лечения от ожирения в местной клинике стоит четыре сотни баксов, вот он и решил записаться вместо этого в армию, чтобы стать…

И Кинс с Виком хором произнесли:

– Худой чумовой боевой машиной!

– Да уж, классика, – сказала Трейси.

– Ну так у нас кое-что есть, Профессор. Хочешь, я и Дел поговорим с тем парнем?

– Нет. Мы сами им займемся. А как там с улучшением видео с камеры у «Пинк Паласа»?

– Мелтон еще над ним работает, – ответил Фац.

* * *Дэвид Бэнкстон работал в магазине-складе «Хоум депо» в Кенте, где, как верно заметил Кинс, у него был доступ к любому количеству веревки. В первый раз с тех пор, как они вошли в комнату мотеля и увидели там тело Николь Хансен, Трейси испытала что-то вроде оптимизма.

Менеджер магазина провел их через просторный, светлый склад, заполненный товарами для ремонта и интерьера, в заднюю часть здания, где располагались кабинеты сотрудников, столовая, комната отдыха персонала и туалеты.

– Чем могу служить? – Раджпут говорил по-английски с сильным акцентом.

– Нас интересует один из ваших подчиненных, – сказала Трейси. – Дэвид Бэнкстон. Насколько мы поняли, он сегодня как раз работает.

Раджпут потянулся к радиотелефону на столе.

– Дэвид? Да. Я его сейчас позову.