Ее последний вздох

Просто не имеет права. Им только и останется, что требовать крови подсудимого. А иначе как они будут смотреть в глаза родственникам жертвы? Понимаете, в чем тут проблема? Один просчет – и клиента уже не спасти, его ждет веревка.

– А что, если бы оказалось, что ДНК не принадлежит Герхардту?

– Видите ли, человеку непосвященному этого не понять. ДНК собрали с ее одежды. Внутри ее тела чужой ДНК не было. Оставь он в ней свое семя, и ни один адвокат уже не взялся бы доказывать его невиновность, речь могла бы идти в лучшем случае о смягчении приговора.

– Значит, за семьдесят два часа до смерти никаких половых контактов у жертвы не было? – переспросил Дэн. – В чем же тогда была мотивация вашего клиента?

Томи пожал плечами:

– Да кто ж его знает?

– А какой теории придерживался обвинитель?

– Что он не успел ее изнасиловать, потому что она умерла.

– У нее был друг?

– У кого?

– У Бет Стинсон. Вы сказали, что она могла носить ДНК своего бойфренда.

– Может, был, а может, и не было – не помню; я вам вот что твержу: адвокат, который идет на подобный риск, играет в азартную игру, причем на деньги заведения.

Дэн не до конца разобрался в этой хитрой метафоре, но суть он уловил.

– А что показали другие свидетели?

– Какие другие свидетели?

– Те, которые перечислены в полицейском протоколе; с ними вы говорили?

– Наверное, да. Но ничего такого, что перевернуло бы мой мир, я от них не услышал.

Дэн кивнул:"

"– Да, вполне. – Конечно, доволен он не был, но понимал, что Томи не намерен больше тратить на него время. В мире Томи время – это деньги, а пустопорожними разговорами о клиенте десятилетней давности, который к тому же давно отдыхает в тюрьме, новых денег не заработаешь. К тому же главное Дэн действительно уже выяснил.

Томи здорово напортачил, защищая Герхардта в суде.