Дискорама

— Ну… гранаты, четыре армейских пистолета, тоже еще не пользованные, но очень старые — двенадцать миллиметров. Такие древние, что на них какие-то иероглифы вместо букв… И патроны к ним — два цинка.

— Все?

— Все, сэр. Остальное — упаковочный наполнитель.

— Хорошо, Глоук, можете возвращаться, — сказал Шпицель, отключая связь.

— Ну и что скажешь, Шницель?

— Шпицель… — поправил Танжера старшина, дерзко глядя ему в глаза.

— Извини… Так что скажешь?

— Пистолеты прислали и передатчик, значит, полагают, что те могут прорваться и без машин.

— А это реально?

— Совершенно нереально. Выход из каньона мы контролируем, а ночью картинка не хуже, чем днем.

— По-твоему, они дураки? — спросил Танжер и, поежившись, огляделся: ему показалось, что за ним кто-то наблюдает.

— Они не дураки, сэр, — покачал головой Шпицель, глядя на семенящего в его сторону командира отделения боевых машин. — Но у них нет связи, а значит, эти бедняги вынуждены что-то делать наобум. Но, может, тардионы решили, что у всех трех машин погорели передатчики — вот вам передатчик на химкартриджах.

— А пистолеты на случай, если придется пробиваться своим ходом?

— Да, сэр, это на крайний случай. Может, даже намек — ведите себя геройски и не сдавайтесь.

— Вот как? — удивился Танжер. Сам он такого намека в посылке как-то не углядел.

130

Заметив, что к Шпицелю бежит сержант, руководивший группой боевых роботов на другой стороне каньона, Танжер отошел в сторону, как будто был ни при чем.

— Сэр, все пять бортов готовы выступить! — сообщил сержант.

— Согласовались?

— Да, сэр. Видимо, дело было в тройной управляющей плате… У моего «гасса» она новая, а у этих ребят…

— Хорошо, сержант, можете выступать, ребята на той стороне встретят их, если они побегут.

— Я так понимаю, поддержки с воздуха не будет?

«Трусит, поганец, а ведь их вдвое больше с каждой стороны», — подумал Танжер.

— Поддержки не будет, приятель, потому что каньон слишком узок и неба там, почитай, совсем нет. Отправим лаунчи, их пожжет «грей», — пояснил старшина.

— Да я вообще-то понимаю, сэр, но это для ясности.

— Теперь ясно?

— Да, сэр, мы начинаем! — заверил сержант и, коротко козырнув, побежал к своей машине.

«Вот и началось», — подумал Танжер, однако не испытал ни радости, ни волнения.