Дискорама

Тяжелый штурмовик, как видно, потерял ориентацию и набор всех самых главных целей, но в последний момент пикирования система наведения выхватила уже поверженный «таргар», и пилот, не медля ни секунды, включил сброс двухсотфунтовой бомбы, а затем вывел машину из пике.

8

В коридоре прозвучал гонг. Джек открыл глаза и осторожно повернулся на спину, боясь побеспокоить ссадины по всему телу, которые были аккуратно заклеены огромными пластырями с мазью Яблонского.

У мази был резкий запах, напоминавший одновременно морскую рыбу и речной орех.

"Впрочем, в палате, где лежал Джек, этой мазью мазали всех четырех пациентов, так что подобной вонью здесь никого нельзя было удивить. Все привыкли к ней и уже не замечали.

— Але, кавалерия! Вы на завтрак идете? — спросил один из пациентов — сержант Ветлок, попавший в отделение с ожогами, полученными при объемном взрыве.

— Я не пойду… — капризным голосом пожаловался капрал Лихарь. — Опять эту манную кашу давать будут — я ее жрать не могу, в ней пенки!

— И что, так и будешь без завтрака жить?

— Нет… Я попозже в буфет схожу, у меня еще деньги остались.

— А ты, Шарсан?

— Я иду без вопросов, — сказал давно не брившийся танкист, выпрастывая из-под одеяла забинтованные ноги.

— Иду… — ответил Джек, привычно попадая ступнями в тапочки.

— Как шкура? — спросил сержант Ветлок.

— Ничего вроде. Сегодня нормально разогнулся и в толчок ночью ходил — сидел ровно, а не как раньше — врастяжку.

— Выздоравливаешь, стало быть. А как насчет манной каши?

— Да сколько угодно. Ее же с маслом дают, я не против.

— Вот, Лихарь, смотри, как Малой рассуждает — настоящий солдат, хотя и себя не помнит… Ладно, идем, кавалерия, только насмешки держать стойко и на провокации не отвечать, пока я не разрешу.

— Понятно, — отозвался Джек и, придерживая полы байкового халата, потрусил следом за сержантом.

В коридоре пахло карболкой или еще каким-то дезинфицирующим средством. А еще потягивало сквозняком.

— Вы чего так медленно?! — строго спросила медсестра Агнета, плотная дама лет тридцати пяти и метр девяносто ростом.

— Извините, мадам, нездоровы еще… — пробормотал сержант Ветлок.