Дар золотому дракону

 — Золото они сдадут в лавку ювелира, Эльрод прекрасно знает, где она находится, да и Магилор, пожалуй, тоже. Этой лавке несколько сотен лет, и всё это время мы имели с ними дело. И нам, и им это выгодно. Владельцы лавки не спрашивают, где мы это золото берём, за это мы продаём им его немного дешевле. Не волнуйся за эту троицу, Аэтель, они ведь только выглядят молодыми парнями, но у каждого за плечами тысячелетний опыт, в том числе — несколько десятилетий, а то и столетий в роли главы клана. Их на мякине не проведёшь.

А ведь и правда. Всё время забываю, сколько им всем на самом деле лет. Не привыкла ещё. Голова-то понимает, а вот глаза видят молодых красивых парней, вот и забываю, что они прожили аж по тысяче лет, а это десять пальцев по сто! Значит, я всё же получу свой петушок на палочке. За это можно не волноваться. А вот за другое…

— Ста… Фолинор, а можно еще вопрос?

— Спрашивай, Аэтель. Всегда спрашивай, если чего-то не знаешь, или что-то тебе непонятно. Помни — не знать не стыдно, стыдно не стремиться узнать.

— А матушка всегда говорит: «Много будешь знать — скоро состаришься», — вздохнула я. — И жрец тоже говорил: «Зачем знать — как и почему, нужно принять на веру, что это просто есть».

— И много ты у них спрашивала?

— Не очень. Не отвечали же…

— И о чём ты пыталась узнать?

— О разном. Почему летом жарко, а зимой холодно? Почему листья осенью желтеют? Почему утка плавает, а курица тонет. Почему, если забыть на огне чайник, то вода исчезнет? Почему лёд не тонет? Почему я пью белое молоко и красный компот, а мочусь жёл… Ой! Простите, старейшина, я забылась…

Дракон расхохотался так, что я крепче вцепилась в его ноготь, а то лапа так затряслась, что я подумала — вывалюсь.

— Не обижайся, Аэтель, просто… Это так забавно прозвучало. Знаешь, как минимум половина ребятишек задавали мне примерно тот же вопрос. Остальные, наверное, спрашивали у своих родителей. Просто было непривычно услышать это не от трёхлетнего малыша. Впрочем, учитывая, что тебе на этот вопрос так и не ответили…

— Трёхлетнего? — я заметила очередную странность. — Да трёхлетние ещё и говорить-то толком не умеют, не то что вопросы задавать.