Чужая жена. Двойная сделка

Красивые пальцы, перекатывающие потертую фишку, эти пальцы ласкали ее ночами, шея и выпирающий кадык, острые скулы, красивая линия губ, эти губы целовали ее в самых сокровенных местах.

С Гансом было проще, он не заставлял Вику краснеть, а Альберт, видя это, улыбался, словно читал ее мысли. Он был загадкой, его хотелось понять и разгадать, узнать какой он на самом деле. Какой он настоящий Альберт Фирсов.

Портрет Ганса, и правда, получился очень реалистичным и красивым, белоснежный фон и грозный ротвейлер: литые мышцы, пронзающий взгляд, словно он только и ждет команды, чтоб накинуться и разорвать кого-то в клочья.

Скоро уже месяц, как Виктория живет здесь, оказывается, ее совершенно не ограничивают в перемещении, никто не запрещает выходить из комнаты, около дверей нет охраны, ее не одергивают, но следят, это она точно знала. Ей даже разрешалось выезжать в город, но, конечно, об этом надо было сказать Альберту и взять Тимура.

Так Вика съездила в училище, объяснила, что ее не будет какое-то время, но она все потом наверстает, ее с неохотой, но отпустили, пришлось врать, чего Вика не любила и не умела делать.

Она спокойно выходила за пределы отеля, в дальнем крыле, где находится ее номер, был всегда открыт пожарный выход. Одна из дорожек от него вела прямо к беседке и озеру с небольшим пирсом.

Охрана и персонал, что встречался на ее пути, ничего не спрашивали, лишь провожали взглядом, а потом что-то говорили в рацию, но ей было все ровно. По периметру было несколько коттеджей, какие-то больше, какие-то меньше, все выполненные в одном стиле, иногда около них стояли машины, значит, там сейчас гости.

Дальше, укрытые в лесу, были небольшие домики, а вот еще дальше ее не пустили, культурно объяснив, что дальше туда лучше не ходить. Она не пошла, но природа вокруг была просто шикарная, деревья уже начинали желтеть, скоро начнется настоящее бабье лето, любимое Викино время года.

Много гостей всегда было в банкетном зале, игрались свадьбы, праздновались торжества, гремели салюты, Вика за свою жизнь столько не видела.